Секреты

Гримерша и парикмахер уже ждали ее, они поправили грим и прическу, пока устанавливался свет и прикидывались точки для камеры. Джейн увидела Габи, тихо стоявшую в углу в красивом сером шерстяном платье от Франсуа Брака. Она выглядела молодо, но в то же время модно и богато. Сабины нигде поблизости не было, она появилась почти через час. По переговорному устройству ей передали, что все готово, и только тогда Сабина поднялась. Когда она вышла из лифта в ярко-красном шерстяном платье с жакетом, не могло быть и сомнений, кто здесь звезда.

С ее появлением все пришло в движение.

— Тихо!..

Этот призыв прозвучал громче, чем прежде.

— Тихо! Прошу не шуметь!.. Актеры, на места…

Джейн ринулась сквозь толпу на свое место. На сей раз репетиций не было. Сабина посчитала, что они ей не нужны, и режиссер учел ее пожелание. Габи встала на свою отметку и спокойно ждала. Джейн ей слегка улыбнулась. Она чувствовала себя, словно лошадь в стойле, ожидающая скачки, и задавалась вопросом, кто из них победит. Или победят все? Сабина никогда не выглядела столь очаровательно.

Толстый слой грима, прекрасные волосы совершенно маскировали ее возраст. Уши ее украшали большие золотые серьги, шею — тяжелое жемчужное ожерелье, а правое запястье — массивный бриллиантовый браслет. Все это было взято напрокат для съемок в фирме Гарри Винстона. Мел не захотел пользоваться бутафорией.

— Тише, пожалуйста! Свет!.. Мотор!.. И, словно родившаяся в этом амплуа, Сабина заняла место за письменным столом, а затем царственно поднялась навстречу Джейн и следовавшей за ней Габи.

— Что вы здесь делаете? Почему вы туг обе?.. Ее глаза сверкали, словно зеленые бриллианты, в голосе звучало недовольство, и у Джейн вдруг легко и непринужденно полились слова ее многократно отрепетированного текста, и Габи говорила так, словно действительно была Тамарой Мартин, а не Габи Смит. С ними произошло невероятное — их вдруг увлекла жизнь «Манхэттена». Сабина с гневным блеском в глазах велела им убираться и, выпроводив их, нажала на кнопку.

Этой кнопкой она вызвала Зака, но дальше следовала другая сцена, и Джейн с удивлением услышала голос режиссера:

— Здорово! Все молодцы! Пожалуйста, еще раз!..

Они сняли сцену еще два раза. После третьего дубля режиссер просиял:

— Вы молодцы. Ей-Богу, молодцы! Присутствующие зааплодировали, но нельзя было сказать, кому именно предназначаются аплодисменты. Джейн хотелось прыгать и кричать от радости. В отдалении она увидела Зака и почувствовала на глазах слезы.