Секс без правил (СИ)

Я шла за ним, но соображала теперь немного быстрее:

— Вы ведь понимаете, что я сейчас его подпишу и сразу уволюсь? Но притом вам ровным счетом ничего не буду должна?

Александр Дмитриевич ответил, не оборачиваясь:

— Я произвожу впечатление человека, который что-то может не учесть?

— О нет, не производите! Это и напрягает. Думаю, что же не учла тогда я? Вы могли бы обязать меня долгом, но неожиданно сами же предлагаете вариант просто уйти. Сейчас внимательно прочитаю, подпишу и уволюсь. В чем же подвох?

Он открыл дверь кабинета и другой рукой подтолкнул меня внутрь, чтобы прошла первая.

— Подвох в том, что ты не уволишься.

— Почему же? Нет, зарплата здесь отличная, но я не так сильно связана, как Тимур, например. Вы снова о приоритетах?

Александр Дмитриевич на меня не смотрел. Он уже занял кресло перед компьютером и щелкал мышкой в поисках нужного файла. Я остановилась у окна, но внимательно глядела на его профиль, чтобы не пропустить ни одного слова:

— Нет, Карина. Приоритеты важны, но в данном случае роль сыграет любопытство.

Тебе интересно, почему я так поступил — ты не уволишься, пока не ответишь себе на этот вопрос. Если бы я собирался тебя изнасиловать и убить — да боже мой, оглянись вокруг, я бы уже это сделал. Откопал бы и еще раз сделал, если бы только это было целью. Значит, ответ в другом. Тебя сожрет любопытство, почему я так поступаю. И по этой причине сразу ты не уволишься.

— Ого, — я пыталась говорить возмущенно, хотя в какой-то степени он был прав.

 — Так может, просто откроете эту тайну?

— Зачем? Прекратить игру до ее начала?

— Я исправил, перевожу на принтер. Возьми и прочитай.

Техника на тумбе зашумела, выводя распечатанные листы. Я подхватила и пробежала глазами по строчкам. Никакого обмана не обнаружила. Он исправил пункт о графике работы и материальной ответственности — теперь на мне повиснет долг только при умышленном причинения вреда. А доказательство умышленности ложится на работодателя. То есть я тут или в истерике на глазах у свидетелей крушить что-то начну, или камеры заснимут, как я с хитрой рожей ножницами простыни полосую, но никакие случайности к финансовым обязательствам меня не приведут.

Пожала плечами и подписала. Сказала притом тихо — больше для самой себя:

— До субботы еще есть время подумать. А пока, — я выпрямилась и передала бумаги начальнику, — пойду уберу осколки и домой.

Он подписал не глядя. Смотрел почему-то на мое лицо.

— Я сегодня без ужина остался.