Секс без правил (СИ)

Александра Дмитриевича проводили внутрь, в какой-то кабинет, туда же в течение пятнадцати минут прошли еще трое мужчин. Наверняка юристы фирмы или семьи.

Я и не предполагала, что придется ждать часами. Играла в телефон, пока не разрядилась батарея, потом пыталась дремать. Ну и на кой-ляд меня нужно было сюда тащить, если даже в кабинет с собой не пригласили? Караулить вход вместе с дежурным?

Каково же было мое облегчение, когда часа через четыре Александр Дмитриевич все же вышел и протянул мне руку:

Переспросила, только когда мы вновь оказались в машине, а шеф не спешил заводить двигатель:

— Что значит «всё»? Лёшу отпустят?

— Отпустят? — он неотрывно смотрел на входную дверь отделения.

— Что? — выдохнула я недоуменно. — Нет, я все понимаю… но ведь брат же… Но…

Он перебил меня смехом:

— Я пошутил. Сейчас с документами закончат и вышвырнут его.

— А-а, — я ощутила невольное облегчение и не постеснялась его озвучить: — Все-таки приятно знать, что в вас есть что-то человеческое.

— Человечность тут не при чем, Карин. Уголовщина в семье — это удар и по моей репутации. Если бы брат носил другую фамилию, я бы в данный момент уже в третий раз в тебя кончал.

Сказано это было совершенно равнодушным и спокойным тоном. Вот и я не стала зацикливаться на формулировке. Быстро сменила тему:

— Но все же интересно выходит. Все говорят, что деньги и связи творят чудеса, но я впервые стала очевидцем.

Начальник скосил на меня ироничный взгляд.

— Говоришь так, будто я только пальцами щелкнул — и все проблемы улажены. Теперь я еще и поручитель, обязан проследить, чтобы господин Данилин-младший явился на суд и желательно в трезвом виде.

— И все равно! — не унималась я. — Уж точно не каждый паренек, пойманный с наркотиками, так запросто и в первый же день увидел бы свободу!

Александр Дмитриевич неожиданно вздохнул и снова устремил взгляд на вход.

— Если бы только наркотики. Ему хулиганство вписали.

— Хулиганство? — деланно изумилась я. — Лёше? Представить невозможно!

— Ну да, — он усмехнулся. — Он домогался полицейского. Сотрудники восприняли это как издевательство, они даже не поняли, что он мог и всерьез. Да я и сам, честно говоря, не уверен.

Предмет наших волнений появился через двадцать минут — почти свежачок. Шел к нам, распевая «Владимирский централ» и по-блатному заламывая пальцы.