Секс-босс по соседству

– А мне кажется, тебе пора заткнуться, – кладет он ладонь на мой рот и начинает надавливать на самый центр. Еще немного. Еще немного и он окажется внутри. Или убьет огромными размерами.

И когда я почти готова, когда он почти во мне, нас тормозит оглушительный рев дверного звонка. Снова и снова он требует к себе внимания, и Корзун взбешенно опускает руки.

– Да что за урод не дает людям потрахаться.

Я прячу смешок, разворачиваясь и прижимаясь к стене. Владимир смотрит на меня, словно на потерянный Грааль и тычет пальцем.

– Жди здесь, мы не кончили.

– Да, мой командир, – отдаю честь, считай в буквальном смысле, а он быстро целует меня, но уходит, когда в дверь снова звонят.

Я регулирую воду на более прохладную, сама тянусь к своей горячей киске, прикрываю глаза, просто не веря своему счастью. Но не прикасаюсь, словно делать это может только Корзун.

Но проходит минута, а я все еще одна. Две, три. Почти десять. Я выключаю воду и слышу голоса.

Заворачиваюсь в полотенце и выглядываю за дверь.

Василина, – поднимается в груди надежда, потому что голос мне знаком. – Может быть, соседка снизу?

Тогда кто? Кто это может быть в девять часов вечера. И почему, имея в душе девушку, Корзун не выпроводил ее, а пустил?

Кулаки чешутся вмазать тому, кто прервал нас на таком моменте.

На таком, черт возьми, моменте.

Я даже в полотенце удосужился завернуться еле-еле. Открыл, не глядя в глазок, рывком. Очень злой. И обомлел. На пороге стояла ревущая Ангелина.

И плакала-то ведь почти по-настоящему.

– Что с Тимуром? – это первая мысль. – Ангелина! Хватит сырость разводить, что с Тимуром.

– А тебя только он и волнует! А я?! Ты даже представить себе не можешь, что и со мной могло что-то случиться? Все с ним нормально!

Я выдохнул, но оставался вопрос, какого хера она здесь забыла.

Она обиженно надула губы и, даже не смотря на меня, зашла внутрь. Блять. Она хотела пройти в мою спальню, но я взял ее за плечи и направил в кабинет.

– Ангелина, давай ты завтра позвонишь и расскажешь о своих бедах.

– Лучше предложи мне виски и ласки! Почему ты все время меня гонишь!

Я довольно резко открываю бар и наливаю неразбавленный виски. Только несу ей, и она морщится.

Ну конечно. И два кубика льда. Она вот такой всегда была. Вечно ноющей, что меня нет рядом, вечно ноющей, что ей все не так. Время ее беременности было самым для меня страшным. Истерики она устраивала по поводу и без.