Секс-босс по соседству

Я смутно пытаюсь вспомнить, из-за чего они тогда скандалили, но сохранился лишь яркий эпизод в туалете, и как я не хотела поддаваться странному томлению, ноющей боли внизу живота.

А вчера почти поддалась. Почти стала любовницей. Может, по началу он меня бы и не уволил, но со временем это стало бы мешать. А это значит. К лучшему все. К лучшему.

Три дня тянулись невыносимо долго. Владимир звонил, что-то узнавал, отдавал распоряжения и ни разу, ни единым словом не намекнул, что между нами что-то было.

А, собственно, ничего ведь не было.

Но это не помешало мне узнать подробности его семейной жизни. И что орал на жену тогда он не зря. Что изменяла она ему и ребенка грозилась отобрать и пол компании, когда он разводиться решил.

Правда, расстроило это еще больше. Даже если он захочет быть со мной, вряд ли готов лишиться семейного предприятия. А я не уверена, что смогу играть роль любовницы. А если и смогу. Как потом в глаза себе смотреть и людям, которые будут уверены, что я брак чужой разрушаю.

И сыну его. Как?

Вечером третьего дня, когда Владимир сухо и устало сообщил, что будет ночью, я стала нервничать. Я не задумывалась, но понимала, что скучаю по тяжелым, жадным взглядам, мурашкам, которые уже словно поселились на моем теле и, стоило Владимиру приблизиться, танцевали джигу.

Я поужинала котлетками с картошкой, позвонила врачу матери, чтобы узнать, какое у нее состояние. Отчим отправил ее на лечение, и я буквально вынудила его заплатить за год вперед.

Все потому что дома ее оставлять было нельзя. Она могла пораниться. Понятно, что год закончится быстро, и мне придется выискивать средства, чтобы оплачивать лечение дальше. После того, как отчим сбежал, я понимала, что это неизбежно.

Эта мысль еще больше дала мне установку только на работу в этой компании. И я даже проверила дела на завтра. Утром я его увижу и мне нужно быть крайне собранной. Дать понять, что, как и для него, вечерний эпизод лишь мираж, который никогда я не увижу снова.

Но чем позднее становится, тем больше растет мое волнение. Владимир приземлился час назад и по ночным дорогам уже должен был доехать до дома. Не зря же я даже телевизор не включаю. Слушаю. Не могу уснуть, пока он не зайдет в квартиру. Живой и невредимый.

Тем более у него завтра встреча в администрации.

Еще минут пятнадцать спустя я все-таки решаюсь его набрать. И что интересно, отвечает он сразу.