Секс и ничего личного (СИ)

Я чувствовала твердое, горячее тело — и нетерпение постепенно разгоралось внутри меня костром, выжигающим все лишнее. И сквозь это пьянящее марево я отчетливо подумала, что гросс Теккер ходит по краю. И если он сейчас предложит отработать или расплатиться — я его, пожалуй, пошлю.

Не хотелось бы, конечно.

Так что давай, Вив. Будь хорошим мальчиком.

Пока что он был исключительно хорошим мальчиком: прижимаясь, легонько потирался об меня бедрами, совершенно кошачьим движением терся щекой о мою щеку, шею, ключицу…

Прикусил мочку уха, и хрипловато шепнул:

— Ты обещала носить.

В голове шумело, в губах пульсировало желание целоваться, а тело ныло и требовало, чтобы гросс Теккер, наконец-то, взял его в руки.

Вот зачем он выдает такие просьбы, когда я в джинсах и водолазке, и по техническим причинам не могу эротично задрать юбку или сексуально расстегнуть декольте?

Пока я злилась на гросс Теккера и сожалела об упущенных возможностях, кое-кто успел расстегнуть пуговицы на моих джинсах, и теперь медленно тянул вниз собачку молнии.

Зрачки у Вива расширились,дыхание сделалось прерывистым и вид был крайне наркоманский.

И этот человек называет извращенкой меня!

Расстегнув джинсы, он потянул их вниз, и я прогнулась в спине, отстраняясь от стены, чтобы ему было удобнее. А Вив спустил джинсы до колен, и остановился. Плавно, неторопливо поднялся. Так близко ко мне — и в то же время не касаясь.

Водолазку снимать с меня он тоже не стал — задрал до подмышек.

Я хотела съязвить по этому поводу, но пересохший язык отказался повиноваться.

Ладно. Ладно! Не хотелось это признавать, но меня перло и таращило не меньше, чем гросс Теккера.

Темный, расфокусированный взгляд ненадолго поднялся на мое лицо, и снова опустился вниз.

И гросс Теккер протянул:

— Море-е-ель… Ты почему такая врушка, Морель?

В смысле “врушка”? Я “врушка”? Ну, нашел же он время для таких отвлеченных вопросов! А можно это как-нибудь в другой раз выяснить? Сейчас, как бы, есть более актуальные занятия…

— Нет, ты объясни мне, — упорствовал Вив, игнорируя мое недовольство.

— Оставляю это право тебе — носить чулки под джинсами, — проворчала я. — Подожди, сейчас принесу — наденешь.

Вив сгреб меня и притиснул к двери еще сильнее. Жарко распластался по мне всем здоровенным телом, скользя пальцами по внутренней поверхности бедра, вырисовывая круги и петли на границе с трусиками.

Подцепляя край ткани, проникая под него кончиками пальцев.