Секс и ничего личного (СИ)

Думать про то, что мы расстались с гросс Теккером не было никакого желания, не думать — никакой возможности.

Я старалась перебить мысли о Виве мыслями об Амайе, но выходило не намного веселее. Я сама себе не могла объяснить, чем меня так царапнула рядовая, в общем-то картина: девушка покупает себе платье не по средствам.

Не такая уж это редкость, когда люди распоряжаются деньгами не разумно, игнорируя реальность в угоду желаниям. Боги, да что там говорить, я ведь сама выросла с человеком, которого деньги в руках не держались, и схема “живем на широкую ногу, ни в чем себе не отказывая — живем в режиме жесткой экономии, подсчитывая каждый сантим” повторялась с завидной регулярностью и была прекрасно мне знакома.

Перед глазами как наяву стояло растерянное лицо Вива, когда я выплескивала на него всю грязь из глубины души. И ведь взбаламутил это дерьмо один человек, а получил его на свою голову — другой. Было стыдно перед собой, перед Вивом, перед всем миром за себя.

Ага, сказать “Пошел ты на хрен, пожалуйста!”. Тьфу, ну какая дурость…

Но он же не виноват, что у кого-то жизнь — сплошной отстой, и больше ничего в нее не вмещается.

Я стиснула зубы, перевернулась на левый бок и заставила себя переключиться.

Вот Амайя выходит из магазина, в руках пакет… Нет, это не то.

Вот ее комната, обычная комната студенческого кампуса, Амайя, перехватив мой взгляд на шторы, жалуется, что от окна очень сквозит, администрация на жалобы не реагирует и не ремонтников не присылает, пришлось решать проблему самой.

Кто ее родители? Амайи? Я старалась быть в курсе таких вещей: подобные детали как раз относились к числу того, что я приучилась запоминать, и это, если честно, иногда здорово облегчало жизнь, но о происхождении Амайи я ничего не знала. А сама Амайя, в нашем с ней разговоре однозначно отнесла себя к “простым смертным”, упомянув, что Луизе в качестве друзей такие не подходят, она хотела дружить с элитой (кстати, дядюшка Квентин это бы весьма одобрил, не применув ткнуть меня носом в то, что Луиза умница и думает о будущем, не то что его бестолковая племяшка).

Тьфу, вот только дядюшки Квентина в моих метаниях и не хватало, прочь-прочь, с глаз долой — из сердца вон!

Хотя “с глаз долой — из сердца вон”, это Вив.