Секс и ничего личного (СИ)

Может быть, он считал, что вызов в участок даст мне возможность морально подготовиться к допросу, а эффект внезапности наоборот разговорит и заставит сказать что-то непредвиденное? Мы разбирали как раз на психологии (хе-хе!) что полевые интервью часто дают неплохие результаты в ходе простой беседы, тогда как в участке приходится применять более сложные техники, потому что допрашиваемый находится в куда большем стрессе из-за обстановки…

Никогда бы не подумала, что на практике мне придется размышлять об этом в роли подозреваемого.

А что ныне я являюсь подозреваемой, сомнений у меня не было и от этого заворочался в животе забытый липкий страх. И пусть я не причастна никаким образом к убийству Луизы, но…

Капитан Ламбер начал издалека.

Еще раз педантично переуточнил все детали того утра, придираясь к каждой запятой и заставляя меня путаться в мелочах собственных показаний. И мне стоило огромных усилий держать себя в руках и не раздражаться, не срываться, раз за разом повторяя одно и то же.

Вот где неожиданно пригодилось дядино воспитание. Но эти мелкие въедливые вопросы так вымотали, что сначала я даже пропустила момент, когда капитан перешел к совершенно новой теме:

— Почему вы скрыли от следствия, что находились с убитой в прямой конфронтации?

— В каком смысле — скрыла? — удивилась я. — Я говорила, что мы не были подругами и даже скорее недолюбливали друг друга.

— Но умолчали о том, что были прямыми конкурентками.

— Но мы не были! — я окончательно перестала понимать, к чему он клонит.

Он что, считает, что я убила Луизу потому что она должна была первой на конференции выступать или потому что ей тема интереснее попалась? Бред же…

Капитан Ламбер демонстративно перебрал листы в папке и выложил на стол несколько рукописных показаний.

— У нас есть несколько свидетелей, утверждающих, что конфликт между вами был значительным, мадемуазель Бернар очень часто упоминала вас в разговорах в крайне негативном ключе и было очевидно, что речь идет далеко не о “недолюбливании”.

Я могла только недоуменно пожать плечами.

— На это я могу сказать только то, что очевидно Луиза не любила меня куда больше, чем я — ее.

— Есть свидетель, утверждающий, что она пыталась перехватить ваш источник дохода и предлагала репетиторские услуги Вивьену гросс Теккеру.

Я поперхнулась воздухом, отчаянно надеясь, что покраснела не настолько явно, насколько ярко это ощутилось внутри.