Секс и ничего личного (СИ)

Подумаешь! Знакомиться с родителями это вообще как само собой разумеющееся, когда у вас ничего личного!

— Да не переживай так, — по-своему истолковал мое сумбурное выражение лица Вив. — Ты им уже нравишься. Говорят, ты хорошо на меня влияешь.

И он скорчил забавную моську, очевидно, призванную означать, что он и так со всех сторон хорош, куда там еще влиять!

Нет, по поводу со всех сторон хорош у меня возражений не было. Раздеть, поставить на постаменьтик, крутить — однозначно со всех сторон хорош, но… но…

— Я не поеду знакомиться с твоими родителями! — я еще плотнее запахнулась в блузку, а потом опомнилась и вообще принялась ее застегивать.

— Почему? — поинтересовался парень с обезоруживающей простотой.

— Да не переживай, они тебя не съедят. И вообще, быть представленной генералу полиции по жизни может быть полезно…

— Ага, здравствуйте месье гросс Теккер, я репетирую вашего сына, а он со мной за это сексом занимается, очень приятно, возьмете меня на стажировку? — я сердито заправила блузку в юбку, огляделась в поисках сумки.

— Ну, некоторые детали можем опустить…

Я закатила глаза и молча направилась к выходу.

— Ты подумай! — донеслось мне вслед.

А следующее утро началось с неприятного звонка.

— Мадемуазель Морель? Будьте добры, сегодня к двенадцати явиться в управление на допрос. Где находится мой кабинет, вам известно.

На мое вялое “У меня лекции, мне учится надо” последовало равнодушное:

— Не явитесь добровольно — вызову повесткой.

И закончил разговор.

Сразу после этого звонка я связалась с мсье Жаном-Луи Жаккаром, адвокатом, предоставленным мне юридической ассоциацией “Эгида”, и предупредила о грядущем допросе.

Адвокат — чуть выше среднего роста мужчина, среднего возраста и среднего, судя по костюму, уровня достатка — просматривал бумаги в кожаной папке, дожидаясь меня у дверей управы.

— Позицию мы с вами согласовали, материалы дела я запросил и ознакомился, так что мы с вами во всеоружии, — ободрил он меня, и мы вместе направились в бассейн с крокодилами.

То есть, в кабинет капитана Ламбера.

— Добрый день. Вы, я вижу, решили озаботиться вопросами защиты мадемуазель Морель? Что ж, проходите, присаживайтесь.

— Добрый день. Совершенно верно. Я адвокат мадемуазель Кассандры Морель, уполномочен защищать интересы моей доверительницы…

Я мрачно молчала, не вмешиваясь в обмен ритуальными фразами. И только когда был соблюден формальный протокол, капитан перешел к тому, ради чего мы все здесь собрались.