Без понятия, о чем они там шептались, но я на всякий случай перед сном комодом дверь подперла. Мало ли… а то проснусь еще с зубной пастой на лице, или с лысой головой.
Даже, можно сказать, что вечером мне определенно везло. Во-первых, Корнеев не напоминал о себе. Я несколько раз проверяла телефон, но приветов от него не было. К моей радости. Во- вторых, кажется, я нашла себе комнату."
"Правда, меня немного смущал факт, что комнату сдает пенсионерка, но тут выбирать не приходилось. Цена почти такая же, правда, на маршрутке добираться до института придется, и за свет с водой доплачивать, но успокаивала я себя тем, что месяц пожить можно, а потом и что-то другое подыскать.
Мне-то не привыкать. Созвонившись с женщиной, и договорившись встретиться с ней в воскресенье утром, я положила телефон под подушку, и моментально вырубилась.
А всю ночь мне снились змеи, которые ползали по моей комнате. Помню, что от страха мои волосы пучками отваливались. Проснулась вся в холодном поту, и тут же в сонник полезла.
Змеи к конфликтам снятся, а выпавшие волосы — к потерям.
Ну, отлично.
Замечательное «доброе утро».
Почти весь следующий день я провожу в своей комнате. Раскидываю вещи по сумкам и пакетам, собираю в одну кучу учебники, и не понимаю, как мне это все одной перевозить придется. В последний мой переезд мне Звягина помогала. А сейчас одной надо будет, на такси. И что-то я сомневаюсь, что за один раз в машину все влезет. У меня одни только подушки полсалона займут. Еще ж кухня.
Там, вообще, всё моё. Так что Вике придется потратиться, если не захочет со стола кушать.
Они, кстати, утром ушли, а вернулись только под вечер, когда я уже почти заканчивала заворачивать тарелки в смятую газету.
— Шведова, ты чего творишь?
Налетает на меня с порога, когда видит пустые шкафы.
— Переезжаю.
Вика, по всей видимости, думала, что я всё ей оставлю.
— Там моя посуда тоже есть.
— Твоя именная кружка стоит в раковине, там же, где ты её грязную и оставила.
— Поскорее бы ты уже свалила отсюда.
— Сама мечтаю об этом. Вместе ждать будем.
Беру в руки коробку, и, обходя молчащую Людку, выхожу из кухни.
— Я ускорю этот процесс. — Со злостью в голосе шипит она, но мне уже плевать, завтра — наступит через несколько часов. А даже если та бабуля с топором спать будет, я все равно к ней перееду.
Ближе к десяти часам, я начинаю жалеть, что согласилась встретиться с Корнеевым. Немного надеялась, что раз он не пишет, то мог совсем забыть.
