Бой за стенами мобиля продолжался достаточно долгое время. Толстые стены глушили звуки, и заключённые ничего не могли разобрать из той ругани, что слышалась снаружи.
— Странные звуки, — пробормотал один из заключённых. — Как будто бабки старые ругаются.
Сердце Елении вдруг радостно встрепенулось — бабки старые?! Не может быть! Успели?! Они успели?!
Бердайн Огдэн просила её верить, и она верила, стараясь не поддаваться панике. Получалось, правда, плохо, но она старалась.
Шум постепенно стал стихать, ещё через полчаса входная толстая дверь мобиля распахнулась, и в проёме показалась.
.. сама Верховная Фурия в боевой ипостаси.
— Мама, роди меня обратно, — шокированно пробормотал один из заключённых, вжимаясь спиной в стальную стену мобиля и, видимо, стараясь слиться с ней в одно целое.
Королева фурий выглядела очень впечатляюще, особенно с огромным кнутом в правой руке и окровавленным мечом в левой.
— Бабушка! —с огромным облегчением выдохнула Еля, медленно поднимаясь с табурета, глаза, которые сейчас занимали пол-лица, засияли от восторга.
Лично её внешний вид Фурии только восхитил и принёс неслыханное облегчение.
— Бабушка?! — в изумлении просипел второй заключённый, тоже пытаясь раствориться в стене.
— Ваше величество, вы очень вовремя, — серьезно проговорил Май, вставая и слегка кланяясь Бердайн.
— Без политесов, мой мальчик, — поморщилась Бердайн и широко улыбнулась своей ужасной острозубой улыбкой. — Я рада, что мы успели, — глаза-ямы сверкнули торжеством.
Затем решительным широким шагом она преодолела небольшое расстояние до решеток, за которыми находилась Еления. В когтистых лапах волшебным образом появилась связка ключей, которые Бердайн неуклюже стала подбирать, чтобы открывать двери камер Ели и Мая. В это время в дверном проеме показались перепачканные кровью лица Колина и Дана.
— Командир, ты как? — просипел хрипло Дан, морщась и держась одной рукой за раненое плечо.
Колин внимательно оглядел всех заключённых, на мгновение задержавшись внимательным взглядом на Еле.
— И вы здесь? — нахмурился Май. — Я же приказал вам ничего не предпринимать. Фурии — подданные другого государства. Их, если и будут судить, то в межземельном суде, где все разрешится в соответствии с законом, а с вами что будет? Суд под влиянием Варниусов? Такой же справедливый и правильный, как в отношении нас?
— Не ворчи, командир, — недовольно поморщился оборотень. — Мы не могли оставить тебя без помощи.
