Семь порочных дней

Представив, как она, голодная, съеживается от страха в незнакомой деревне, Колин затрясся от бессильного гнева и яростно напрягся, чувствуя, как путы впиваются в тело.

Хватит терпеть. Ждать больше нельзя, надо бежать отсюда.

- Почему ты? - задал Пэйн вопрос своему сторожу, стараясь, чтобы голос звучал невозмутимо.

- Почему они оставили тебя караулить ценного заложника? Ты ведь так юн, что даже еще не бреешься.

- Этим летом мне стукнет девятнадцать. - Разбойник поскреб подбородок. - Думаю, Граб и Кармайкл хотели сами доложить о тебе главарю.

- А! - коротко ответил Колин и наклонил голову, одновременно изо всех сил дергая веревки, связывающие его запястья за стволом дерева. Но ослабить узы не удавалось. Проклятье! Если бы только дотянуться до ножа, спрятанного в сапоге!

- Итак, - снова обратился виконт к своему караульщику, - эти, как их там, Граб и Кармайкл, хотят приписать весь успех себе?

- Сдается мне, что именно так.

- Уверен, ты прав, - кивнул виконт. - Вот ведь ловкачи. Но, знаешь, тебе, пожалуй, не стоило называть мне их имена.

Юнец выпучил глаза и немудряще выругался.

- Не беспокойся. Уверен, Граб и Кармайкл тебя не убьют.

- Не... Не произноси больше эти имена! - воскликнул разбойник, угрожающе размахивая пистолетом.

- Не думаю, что смогу вот так просто их забыть.

Юнец вскочил на ноги.

- Ты их забудешь, коли я тебя пристрелю!

- Но тогда ты окажешься в пренеприятной ситуации. Если Граб, Кармайкл и этот ваш главарь вернутся и обнаружат, что ты прикончил их ценного заложника, - Колин присвистнул, - ты после этого тоже недолго проживешь.

У разбойника затряслись руки.

- Я на такое не соглашался. Я должен был лишь постоять на стреме, пока они грабят.

- Конечно, не соглашался, - мягко произнес Колин. - Похищение пэра Англии? Это на тебя не похоже.

- Ведь правда? Я только хотел раздобыть несколько шиллингов, чтобы сводить свою милку на ярмарку.

- Купить ей какую-нибудь безделушку, запустить руки ей под юбку.

Чуть помолчав, Пэйн заявил:

- Вот что я тебе скажу. Видишь эти сапоги, что на мне? В любом городе за них дадут кругленькую сумму. Если ты меня развяжешь, можешь их себе забрать. А потом дуй отсюда, выручи за них деньги и отведи свою подружку на ярмарку. Когда власти кинутся разыскивать Граба и Кармайкла, - а их обязательно повесят, помяни мое слово, - ты уже будешь далеко. О тебе и не вспомнят. И я ведь даже не знаю твоего имени.