Семь порочных дней

Виконт поперхнулся тостом.

- В самом деле, - продолжала она, - вы очень устали, много выпили, а я повела себя неописуемо бесстыдно.

Колин покачал головой, промычал что-то, выражая несогласие, и поспешил запить застрявший в горле хлеб глотком чая.

- Минерва, - он потянулся через стол и коснулся ее щеки, - вы стали для меня... откровением. Поверьте, вам не за что извиняться. Бесстыдно вел себя один я. - В глазах его появилось беспокойство. - Думаю, нам не стоит продолжать это путешествие, лапочка. Я поклялся себе доставить вас в Шотландию целой и невредимой.

Но если мы и дальше будем спать в одной кровати, я причиню вам непоправимый вред.

- Что вы хотите сказать?

- Полагаю, вы поняли, о чем я веду речь.

Да, Минерва поняла. Колин имел в виду, что хочет ее больше, чем хотел любую другую женщину за всю свою беспутную, растраченную зря жизнь, но боится, что не сможет сдержать обещание не соблазнять свою спутницу.

Сердце застучало сильнее от радостного возбуждения, смешанного со страхом.

- Но мы не можем сейчас вернуться.

Нам нельзя отступить.

- Еще не поздно. Уже к вечеру мы могли бы добраться до Лондона. Я бы отвез вас в дом к Брэму и Сюзанне, и мы объявили бы во всеуслышание, что вы всё это время гостили у них. Конечно, полностью слухов избежать не удастся, но если мой кузен пустит в ход свое влияние в обществе, чтобы защитить вас, ваше доброе имя не будет погублено.

Минерва вперила взгляд в скатерть. О том, чтобы вернуться в Спиндл Коув, даже не добравшись до Эдинбурга, невозможно и помыслить.

Она была готова к тому, что по возвращении окажется опозоренной, но не могла смириться с тем, что потерпит поражение.

Разве сумеет она жить, как раньше? Разве сможет притворяться, будто того, что произошло с ней за последние несколько дней, не было?

- Мы не можем так поступить, Колин. У нас получится попасть в Эдинбург вовремя! И я смогу держать вас на расстоянии, если именно это вас беспокоит. Я снова стану сварливой и непривлекательной. Я... Я буду спать с дубинкой под подушкой!

- Всё равно я уже удовлетворила свое любопытство.

Уверена, прошлой ночью я видела всё.

- Поверьте, вы не видели и сотой части того, что я могу вам показать, - возразил он тоном, от которого Минерву охватил трепет, а в голове мелькнуло: "О нет! Не надо об этом!"

- Колин, пожалуйста! - Она зажмурилась, а потом снова открыла глаза. - Подумайте о деньгах. Подумайте о пятистах гинеях!

Виконт покачал головой.

- Дело не в деньгах, лапочка.

- Тогда вспомните о Франсине.