Семь порочных дней

Помню, сквозь охватившую меня дремоту я слышал, как они разговаривали о чем-то и смеялись. Кажется, мать поддразнивала отца за его чрезмерную мягкость характера. Под их беседу я уснул, а чуть позже проснулся от громких звуков.

Минерва обняла его за талию.

- Вы, наверное, сильно испугались в тот момент.

- Да. Я не знал, что происходит. Вокруг было темно, а наш экипаж куда-то падал. Меня сбросило с сиденья. Я понял, что карета перевернулась, а я внутри нее приземлился на дверь, поранив голову о задвижку.

- Вот тут, - Минерва коснулась пальцами шрама на его виске.

- Кроме этого, кажется, других повреждений не было, но меня охватил ужас, потому что в карете было очень темно - словно кто-то завязал мне глаза, а еще пахло кровью... - В животе всё сжалось, и Пэйн замолчал, стараясь вернуть самообладание. - Запах был очень сильный, удушающий. Я позвал маму. Она ответила странным слабым голосом, что всё будет хорошо и главное, чтобы я ничего не боялся - скоро кто-нибудь придет и поможет нам.

Она повторяла это снова и снова. Мне хотелось ей верить, но я знал, что она не может пошевелиться.

- Он был серьезно ранен - его отбросило с козел в сторону, но мы с мамой тогда не знали об этом. Мы лишь слышали, как хрипят и бьются в агонии лошади - это их ржание разбудило меня.

- Вы уже знали об этом?

- Нет, но мама знала. То, как они приземлились после опрокидывания кареты... - Он судорожно вздохнул. - Это не слишком приятная история, лапочка.

..

- Продолжайте, - она погладила его по плечу. - Я вас слушаю.

- Там был какой-то штырь. По сей день не знаю, то ли он служил деталью кареты, то ли торчал в канаве, куда рухнул наш экипаж: может, ветка, может, часть ограды... Но этот штырь насквозь прошел через грудь отца и вонзился в бок моей матери.

Минерва вздрогнула в его объятиях.

- Дальше было еще хуже. Пока мать утешала меня, я знал, что она жива. И даже когда она замолчала, не в силах больше говорить, я слышал ее громкое, хриплое дыхание.

Но едва настала полная тишина, я чуть не сошел с ума. Я запаниковал. В поисках выхода я кричал и колотил по стенкам экипажа, пока не потерял сознание. А потом... - Пэйна захлестнули эмоции, но он усилием вернул себе присутствие духа. Раз уж они дошли до этого места в его рассказе, нужно выложить всё до конца. - А потом нас нашли бродячие собаки. Их привлек шум и запах крови. Они-то и прикончили раненых лошадей.