Семь порочных дней

Это замечательная история.

Шагая по траве, доходящей до лодыжек, Минерва тихо рассмеялась: да уж, история наверняка будет интересной.

- Расскажите нам ее, пожалуйста! Уверен, этот случай делает честь мисс Сэнд! - Гилберт посмотрел на мисс Хайвуд с восхищением и, вполне возможно, со страстной влюбленностью.

"О, Боже! - подумала Минерва. - Сейчас только не хватало, чтобы юноша мною увлекся!"

- Итак, это произошло глубоко в джунглях, - начал рассказ Колин. - Однажды, когда мы в очередной раз их исследовали, меня укусил редкий и очень ядовитый жук.

У Летти засверкали глаза:

- И мисс Эм вскрыла рану и отсосала яд!

- Нет. Она не могла так поступить, потому что яд был быстродействующий.

- Значит, она оттащила вас домой, чтобы вам оказали там помощь?

- Боюсь, нет, - покачал головой виконт. - Я был для нее слишком тяжел.

- Так что я оставила его умирать и отправилась домой ужинать, - бодро сказала Минерва. - Конец истории.

- Разумеется, вы этого не сделали. Вы побежали за помощью, ведь так?

- Да, - подтвердил Колин.

Они подошли к берегу ручья. Виконт оперся одной ногой на поваленное бревно.

- Готова поспорить, - заявила Летти, плюхнувшись на бревно рядом с сапогом Пэйна, - что мисс Эм помчалась домой, как сумасшедшая, а затем вернулась и вовремя привела с собой местного доктора, чтобы тот вылечил вас ритуальными песнопениями и таинственными порошками.

Улыбнувшись девичьему воображению, Колин покачал головой.

- Нет. Вообще-то, к тому времени, когда Эм вернулась с подмогой, было уже поздно.

Исцелить меня было нельзя. Я умер.

- Но... - нахмурилась Летти. - Но этого не может быть! Вы ведь здесь!

- Как же всё было? - спросил Гилберт.

"Да, как?" - чуть не повторила за ним Минерва. Даже она затаила дыхание, желая узнать, что же случилось после того, как она оставила Колина лежать в джунглях, укушенного редким цейлонским жуком. А про себя она подумала: "Да ничего не случилось, глупенькие. Это же всё враньё".

Колин прочистил горло:

- Не могу сказать точно, что произошло, потому что я рухнул без сознания на землю и после этого ничего не помню.

Наверное, я впал в глубокую кому. Признаки жизни во мне были так слабы, что семья сочла меня мертвым. Они помолились надо мной, обмыли мое тело и положили в деревянный гроб. А следующее, что я помню - как очнулся под землей. В полной темноте. Похороненный заживо.

- Господи! - воскликнула Летти, вцепляясь в его сапог.