Семьдесят пять шагов к смерти

Поманила жизнь столичная, вузы престижные, кафедры высокие. Обманули девушку провинциальную профессора высоколобые — увлекли, соблазнили Кантами с Фейербахами. А как добились своего — кинули. Не в пользу науки пошли — в убыток. Хоть бы какой аспирант завалящий на мою диссертацию клюнул, так нет, они за актрисками безмозглыми волочатся, в упор дам-философов не замечая. И чего мне этот Фейербах, который всю-то мою личную жизнь поломал? Так что у меня всё как у проституток, только вместо панели — кафедра. А так — один в один.

Были иллюзии, да сплыли, осталась трудная и нелюбимая работа, с которой не соскочить. Только дамы легкого поведения тело свое предлагают, а я — ум, честь и совесть. И, надо сказать, тут я большим спросом пользуюсь. Прямо нарасхват и по высшей ставке!

— А если обратно уехать, к жениху?

— Куда? Жених тот — женился и уже кучу детишек настрогал. Не от меня. Да и нужна я ему такая — с философскими томами вместо сковородок? Эх, жизнь моя пропащая — засосало болото философское, попользовались мной люди добрые да бросили, видно, придется совсем пропадать! — по-деревенски запричитала Мила так, что люди в кафе стали на нее испуганно оглядываться.

— Ну, у тебя, Мила, и сравнения! — опешил Игорь.

— А что? Проститутки обслуживают клиентов, философы — правящую элиту. Иногда такими извращенными способами, иногда так перекрутиться приходится, что «Камасутра» с ее позами отдыхает. Это еще неизвестно, кто нравственней, дамы у дороги или кандидаты с докторами на кафедрах.

И деваться некуда. Если хочешь что-то иметь, будь готов к тому, что тебя за это будут иметь. Изощренно и по первому требованию. Диалектика, с которой не поспоришь!

— Всё так плохо? — посочувствовал Игорь.

— Всё так хорошо, что аж плохо. Работа престижная, зарплата приличная, все конференции — мои. Романчики случаются, но ни к чему не ведут. Или я кавалера не устраиваю. Или он меня. Требования завышенные. Какая-то паутина — сладкая как сироп и потому липкая. Не вырваться. У других ничего этого нет, а они счастливы.

Вон и вы… Такая пара — любо-дорого посмотреть.

— Я же не виноват, что у нас всё так сложилось, — сказал Игорь.

— Повезло Машке. А тебе и того больше. Ты, Игорь, женушку свою береги пуще глаза! Особенно теперь.

— Что значит «теперь»? А раньше что, не надо было? — не понял Игорь.

— Раньше — это раньше. А теперь — это теперь.

Игорь подозрительно посмотрел на Милу.

— Что-то ты не договариваешь, подруга.

— Да уж, считай, договорила.