Семьдесят пять шагов к смерти

Не дай бог, что-нибудь повредила…

Зашли в ресторан. Бармен вскинул глаза. Женщина босиком! При вполне себе импозантном мужчине. Но босиком. И лицо в крови. Что у них произошло?

— Где у вас здесь туалет? — резко спросила дама.

— Какой? — растерялся бармен.

— Женский! Ну не мужской же. Мужской вон ему… понадобится, когда он с мужем моим познакомится… Когда я ему про машину скажу, которую три месяца назад… — Оттолкнув «кавалера», зашагала в сторону туалета. В одних колготках.

А все равно — легче…

Даже если муж приедет разборки чинить.

Даже если он с претензиями за машину, туфли, колготки и разбитое лицо жены. Это всего лишь деньги, причем не самые большие! Лучше так, чем бесконечно думать, почему не других, почему именно тебя, за какие такие грехи. Лучше от мелких внешних проблем отбиваться, чем самого себя поедом жрать.

Лучше так! Это все-таки передышка…

Мужчина улыбнулся чему-то, сел.

— Можно мне кофе? Есть у вас кофе? — Посмотрел в сторону туалетов, в сторону ушедшей дамы. — Дайте два…

— Здравствуйте, Александр Андреевич.

— Присаживайтесь… Насколько я знаю, вы были самым близким другом покойного Игоря Олеговича?

— Не уверен, что самым… Но мы действительно дружили. Хотя Игорь со многими дружил, он был очень открытым и компанейским человеком.

— Когда вы с ним познакомились?

— Без малого год. Но сошлись сразу. Я же говорю, он был очень легким в общении человеком. Сразу находил со всеми контакт. Ну и я тоже не бука.

— Вы с ним часто встречались?

— Нет, не очень. Современная жизнь не располагает — дела, заботы, проблемы.

Ни на что времени не остается. Но созванивались довольно регулярно.

— В последнее время вы не замечали в его поведении каких-либо странностей? Может, он был чем-то обеспокоен, озабочен? Какие-нибудь проблемы?

— У нас у всех какие-нибудь проблемы. Думаю, даже у вас. Людей без проблем не бывает.

— То есть что-то его тревожило?

— Наверное. Но я об этом ничего не знаю. Он вообще своими проблемами никого не озадачивал. Иначе перестал бы быть «легким» человеком.

Знаете, есть такие типы, которые истолковывают дружбу как повод поплакаться в жилетку. Придут и начинают вываливать свои горести: и то у них не то, и это не так, и на службе, и дома, и теща, и кошка, и дождь на улице. Нагоняют тоску. Главное, помочь им все равно ничем невозможно, а выслушивать приходится. Игорь был не такой — ни о чем таком не рассказывал.

— А почему они расстались с женой?

— Не знаю. Вроде хорошо жили — душа в душу. А потом — развод.