Семьдесят пять шагов к смерти

Видите?

Прыгает Шульц, резвится, на что-то, видно, надеется.

— Вязать ее не думали?

— Нет пока… Рановато ей.

Вот и все — облом Шульцу. По всем статьям. Иди грусти мордой в подстилку.

— Фу, Шульц! Фу! Нельзя! Сидеть!

Трудна жизнь у породистых собак — ничего им нельзя, а если можно, то не с теми, с кем хочется. А с теми, с другими — даже если не хочется, все равно придется, про симпатию не спросят! И за каким тогда родословная и медали, если никакой личной свободы? Когда нельзя замутить с симпатичной во всех отношениях, живенькой дворнягой, а надо ждать, когда к тебе приведут «принца» голубых кровей.

— Куда ты, Шульц! А ну отойди! Сидеть! Сидеть, я сказал!

Дернули за поводки. Потянули. Растащили.

— А вот я сейчас тебя за эти безобразия гулять не поведу и… как хочешь… — пригрозил Александр Петрович. — Терпи — хоть лопни.

Шульц повинно склонил голову, косясь исподволь на Лизу.

И здесь никакой свободы нет! Беспородные хоть пять раз на дню — «гуляют».

Нагадить бы хозяину в тапочки, чтобы знал, каково это… Но нельзя. Он потом той тапочкой…

— Вы часто здесь бываете?

— Да, вон в том доме.

— А я чуть дальше. Почти соседи. Надеюсь, будем встречаться. Шульц по Лизе будет скучать. Да, Шульц?

Шульц услышал, навострил ушки. А вдруг все-таки свяжется?

И хозяин ее, Александр Петрович, тоже, похоже, надеется. Хотя надо еще присмотреться, бумажки полистать, медальки пощупать.

Свели — хозяев. Чтобы сдружить.

Типичная ситуация. Когда не люди, когда их четвероногие питомцы решают, кто с кем приятельствовать будет! Бывает, что у собачек не складывается, не связывается, а хозяева их, напротив, сходятся, женятся и детишек рожают. И даже, бывает, «породы» мешают и про родословные и медали друг у друга не спрашивают! Отчего им такая привилегия?

— Вы когда в следующий раз гулять надумаете, мне на мобильный звякните.

— Есть такое дело. Практикую. Но по моему профилю лучше со мной не знакомиться. Боже упаси. Лучше по поводу собачек.

— И вам… Домой, Шульц, домой!

— Послушайте, ну зачем все это? Зачем я вам? Мне уже… Ну не важно. Я старше вас.

— А я знаю, на сколько!

— По глазам умею возраст определять.

Удивление, сомнение…

— Шучу я. Вы же, когда сюда пришли, анкету заполняли.

Рассмеялись оба, одновременно, озорно, беззаботно.