Семьдесят пять шагов к смерти

 — Умирание в домашних условиях не может быть правильным решением, ибо процесс смерти травматичен для психики окружающих людей, особенно для близких родственников и детей…

Александр Петрович внимательно слушал доктора и часто кивал, исподволь косясь на Игоря.

— К сожалению, в вашей стране запрещена эвтаназия. Во многих цивилизованных странах не допускают до таких ненужных мучений. Там больной может уйти по собственному решению раньше, чем начнутся боли, которые невозможно купировать медикаментами.

— Разве это нормально — убивать людей? — спросил Игорь.

— Но… Нет. Не убивать. Это есть их решение и их воля. Это в высшей степени гуманно, ибо избавляет больных от лишних мучений, а их близких от стресса, вызванного сопереживанием. Решившемуся на эвтаназию дают подписать документ и вводят лекарство, которое обеспечивает ему комфортный уход. Вернее, он сам нажимает специальную кнопку, которая приводит в действие механизм внутривенного вливания лекарства. После чего он просто засыпает. Это очень гуманная процедура…

«А может, верно, так и надо, — подумал Игорь, вспомнив все то, что только что увидел.

 — Укол в вену и сон, переходящий в смерть. Без этих ужасных картин, без криков, без страданий близких». Вспомнил мать, гладившую руку умирающего ребенка. Что-то в этом есть точно гуманное. Для тех, кто умирает. Но еще более для близких…

— Наш фонд собирает по всему миру средства, чтобы облегчить страдания людей, — продолжал бубнить доктор. — Мы строим хосписы, покупаем медицинские средства, нанимаем и обучаем персонал… Господь не оставляет своей милостью наших пациентов… Вы можете посмотреть… — Вручил какой-то красочный проспект.

 — Если вы захотите поучаствовать в этой благородной миссии, вы сможете найти здесь все нужные адреса. Спасибо. — Откланялся и ушел. Гладенький и чистенький, как отстроенный ими хоспис.

— А может, они и правы, — задумчиво вздохнул Александр Петрович. — Мучиться, орать, родственников за руки хватать… Все это кошмарно. Не все выдерживают… У меня жена одного пациента, который от онкологии умирал, в окно выбросилась.

Не выдержала этого зрелища. Любила мужа сильно. И вышло так, что умерла прежде него. А если бы эвтаназия — глядишь, пожила бы еще. Лично я, коли так сложится, тоже предпочел бы сам кнопочку нажать. Не хочется «овощем» уходить.

Взглянул на Игоря, невесело улыбнулся.

— Пойдемте, Игорь, отсюда. Пойдемте на свежий воздух. Зря я вас сюда привел. Ей-богу зря!

Наверное, это был последний визит. Прощальный.