Семьдесят пять шагов к смерти

— Яичница — это типичное блюдо холостяков.

— Когда вы его в последний раз видели, Игоря Олеговича?

— Давно. Пожалуй, несколько недель назад. Он с работы поздно приходит, я в это время уже сплю. А может, и вовсе не ночует. Не могу сказать.

— Он вам ничего про какие-нибудь проблемы или угрозы не рассказывал? Не намекал?

— Нет, но ходил мрачный, все про планктон и китов рассуждал.

— Про что, простите?

— Про планктон, которым киты питаются. Глотают, знаете ли, так тоннами, процеживают через ус и переваривают.

— А он к кому себя причислял?

— Как ни странно — к планктону… который в самом низу пищевой цепочки… Вот и выходит — скушали его.

— Почему вы так считаете?

— Я не считаю. Я не счетовод. Просто кажется…

Два человека, двое мужчин, один молодой, другой не очень, стояли друг против друга в каком-то случайном скверике. Мимо носилась, галдя, детвора, что-то кричали их мамаши, но им было не до них. Им было ни до кого.

Говорил всё больше молодой. На правах победителя.

— Вы не справляетесь с ней. Ей хочется… Ей много чего хочется. А она получает чуть-чуть. Голодный всегда идет туда, где еда.

— Это вы мне говорите — ее мужу?

— Да. Зачем мне изворачиваться, лгать? Я люблю вашу жену. Кажется, всерьез.

— Люблю. А она вас… Не знаю… Наверное, привыкла за долгие годы. Но страсти нет. Ваши отношения потухли. Сдулись, как проколотый шарик… Извините.

— Эй, юноша, вы чего добиваетесь?

— Куда? К вам? Или на все четыре стороны?

— Просто отпустите.

— А вы женитесь на ней?

— Не знаю. Не думал. Как минимум мы поживем вместе.

— На какие шиши, позвольте спросить? Моя жена привыкла к благополучной, обеспеченной жизни. К очень обеспеченной. У вас есть деньги удовлетворить ее потребности? Другие, верю, вы удовлетворить сможете, на это денег не нужно. — Игорь Олегович криво усмехнулся. — А одеть, в Европу свозить, украшения прикупить, машинку?

— Что-то я, конечно, имею.

— Она нищая. Будет. Или вы думаете, что я намерен субсидировать вашу безбедную совместную жизнь? Или вы на это рассчитываете?

— Я ни на что не рассчитываю, но есть закон.

— Закон — что дышло. Чтобы вам пусто вышло! На закон можете не надеяться. И на приданое. Не будет от меня приданого. Я не папа — я муж. Бывший. Если вам нужна моя жена, берите ее как есть. И в чем есть. И сами о ней заботьтесь. Ничего другого вы… она… не получите.