Семьдесят пять шагов к смерти

Шикарное!

— Да! Где, где нашел?

— Вон там, в чемодане. Там еще что-то.

— Тащи его сюда. Ух ты!..

В чемодане были еще платья, еще туфли, костюмы, куртки и даже пара кожаных сумок.

— Ты смотри, что выбрасывают! Совсем с жиру бесятся! Все новое почти, ненадеванное!

— И не говори! Хрен поймешь их, этих буржуев, чего им надо, когда у них все есть! А теперь и у нас будет! Слышь, Нюрка, иди сюда, примерь обновки. Счас ты как леди, блин, станешь!

В отделе «разбора полетов» было оживленно, потому что наши сограждане любят наезжать друг на друга.

— А какого черта вы повернули, когда была стрелка.

— Куда была стрелка? Туда — была… — вяло переругивались в коридоре посетители. — Помеха была. А вы поехали.

— И я поехал, потому что должен был! А вы не должны были!

Игорь Олегович присел на стул возле кабинета. Дождался, зашел.

— Ну и что делать будем? — спросил отрешенно капитан, пролистнув его документы.

— Не знаю. ДТП. Материальный ущерб. Ну ладно, его, допустим страховка закроет.

— Средней тяжести. Сотрясение мозга. И нога вот, — ткнул капитан в какие-то листы. — Надо оформлять. Или…

— Договариваться с потерпевшей. Если она снимет свои претензии…

Капитан оглянулся. Кивнул неопределенно. Там, в конце столов, на стуле сидела женщина. Та самая. Старая знакомая. Хотя не такая уж старая.

— Мария Николаевна, можно вас?

Встала, дернув плечиком. Подошла, стуча по ламинату каблучками новых лакированных туфель.

— Вы имеете к гражданину претензии?

— Имею! — Глянула с вызовом.

— Значит, будем оформлять?

— Послушайте, можно нам на пять минут выйти? Поговорить.

Подталкивая, стал теснить даму к двери.

— Что вы, зачем? — зашипела она. — Что вы себе позволяете?

Капитан без интереса смотрел на них. Ему было все до мигалки, он здесь такого разного насмотрелся… А лишние бумажки заполнять, пальчики мять — зачем? А так, может, чего перепадет. За сводничество.

Встали в конце коридора. Мимо сновали озабоченные люди.

— Слушайте, давайте уйдем отсюда.

— Куда-нибудь… в кафе или ресторан. Я приглашаю.

— Купить меня хотите? Не выйдет. Я непродажная.

— Что вы на меня ополчились? Вам что, легче будет, если меня прав лишат или что похуже.

— Может, и легче. Таких автохулиганов, как вы, нужно наказывать. По всей строгости.

— Вот и познакомились.

— Однако вы нахал. Дам… потерпевших в закусочные водите!

— Я что, виноват? И в этом тоже?! Здесь больше нет ничего!

Зашли.