Семьдесят пять шагов к смерти

— А что с ним не так?

— Это я так, с ходу сказать не могу. Но есть некие странности… Скажите, у вас в последнее время изжоги, отрыжки, тошноты, болей в области желудка не было?

— Вроде как… Хотя нет — пару раз случалось.

— Может быть, боль усиливается, когда вы ложитесь на спину?

— Не могу сказать. Я как-то не прислушивался — поболело и прошло.

— А вы прислушайтесь. Организм вообще надо слушать. Он ведь зачастую умнее нас — загодя о своем неблагополучии сигнализирует. Просто мы эти сигналы не слышим, пропускаем мимо ушей или истолковываем по-своему — мол, съел что-то не то, переутомился, не выспался.

Ерунда, пройдет. А зря… Кто предупрежден, тот защищен. Слышали такую пословицу?

— Вы считаете, что у меня может быть что-то серьезное?

— Я ничего не считаю. Ни как врач, ни как шаман. И вряд ли у вас что-то серьезное. Но провериться не мешает. Причем самыми традиционными методами. Как говорится, кашу маслом не испортишь… Если оно, конечно, не пальмовое.

Типичная семейная идиллия.

Мужчина лежал на диване, смотрел в телевизор, где по зеленому полю бегали какие-то желто-синие фигурки.

Женщина хлопотала на кухне, откуда тянулись, разносясь по квартире, будоражущие запахи, что-то гремело и шкворчало. Почему-то подобная картинка считается символом мещанства и скучной семейной жизни — диван, продавленный телесами мужа, говорящий «ящик», жена в халате и в бигуди, с руками по локоть в тазике с фаршем, нетерпеливые крики: «Ну, готово, что ли?!»

Хотя на самом деле это и есть идиллия двух человек — мужчины и женщины, которым больше никто не нужен.

Им довольно для счастья друг друга. Чтобы одна «половинка» лежала в соседней комнате, а другая готовила ей ужин на близкой — рукой подать — кухне. Чтобы все было как всегда, привычно, понятно и уютно…

— Что, когда там ужин?! — крикнул мужчина.

— Да сейчас уже, скоро, потерпи.

А как терпеть, когда запахи втекают в ноздри, раздражая рецепторы, и слюна течет, как у собак Павлова, которых не кормили неделю?

Мужчина отбросил пульт, встал и потащился на кухню клянчить чего-нибудь перекусить.

Зашел. Присел к столу.

— И чего ты пришел? — спросила женщина, выгребая что-то из духовки, одновременно смешивая, посыпая и поправляя прическу.

— Пришел… посмотреть, — ответил мужчина.

И точно — стал смотреть. Как женщина занимается исконно своим делом, готовя пищу своему мужчине, пришедшему с охоты. Он смотрел, как она ловко движется по кухне, как в ее руках мелькают нож, ложки, лопаточки, солонка.