Семьдесят пять шагов к смерти

 — Тут свободно и про нее никто не знает. Сосед у меня полковник полиции, если что, поможет, я попрошу.

— А еще можно уехать на время за границу, там уж они точно не достанут…

Все стали оживленно обсуждать, где бы можно было спрятаться, чтобы с комфортом и со всеми удовольствиями…

— Михаил, твое слово. Ты у нас тут главный Пинкертон.

Михаил встал, прошелся туда-сюда, о чем-то думая.

— Ничего этого не надо, — сказал он. — Не надо убегать. Если они захотят достать, то найдут способ. На всю жизнь под половичок не спрячешься.

Тем более с кучей родственников, которых с собой не увезешь. Убивать они пока не убивали — только стращали. И скорее всего, не будут. Покойники их проблемы решить не смогут. Извини, Игорь, но если бы им нужна была твоя жизнь, мы бы с тобой теперь здесь не разговаривали. И с Машей обошлись бы куда более жёстко. Они ведь не избивали ее, лишь припугнули.

— Ничего себе припугнули! Чуть глаз не выбили! — возмутилась Мила.

— Так не выбили же! Простите, но вы люди гражданские и потому впечатлительные.

А мы… мы это всё уже проходили. В боевых… Если бойца не убивают, значит, и не собирались убивать, значит, он зачем-то нужен. Случайностей в подобных драках не бывает. Так что тут можно не опасаться. Страшнее того, что уже случилось, — не случится.

— Логично, — согласился Анатолий.

— Так что же — ничего не делать? — всплеснула руками Мила. — Вот так сидеть и ждать у моря погоды?

— Сидеть и ждать! — жестко подтвердил Михаил. — Я думаю, в ближайшее время они проявят себя и сделают предложение.

Какое — не знаю. И никто не знает. Но чем больше и глубже прятаться, тем позже и меньше о нем узнаешь. Вся их деятельность направлена на одно — на психологическую подготовку «клиента», чтобы запугать его, сделать более податливым и сговорчивым. И значит, это предложение должно прозвучать. А вот когда мы о нем узнаем, тогда можно будет решить, что делать дальше. Пока же мы бродим в потемках, пытаясь нащупать то, чего нет! Я бывший фронтовой разведчик, и поверьте мне, мы никогда не суёмся на авось, не выяснив предварительно обстановку. Иногда неделю на животе в грязи приходится вылёживать, засекая огневые точки врага. И лишь потом на «ура» его брать! Нельзя нам прятаться. И Игорю нельзя. Вокруг него тут все вертится.

— То есть Игорь в этом раскладе выполняет роль приманки? — предположил Сергей Михайлович.

— Да, потому что если он спрячется, то с кем им разговоры говорить, кому ставить ультиматумы?

— Предполагаешь, что будет ультиматум?

— Будет.