Онлайн-библиотека книг
Те упирались и не шли, чувствовали его страх, но он говорил и говорил, с усилием одолевая темный ужас при мысли, что сделает с ним рассвирепевший колдун:
— Я хочу, чтобы колдуны... самые могучие колдуны объединились!
Тот спросил непонимающе:
— Во-первых, это немыслимо. Да и зачем?"
"— Для счастья людей, — сказал Олег. Внутри все сжалось в ком, как рыхлый снег безжалостная рука сминает в ледышку, грубо ломая узорчатые снежинки. Он видел растущую ухмылку колдуна, чувствовал себя дураком почище Таргитая, продолжил с упрямством отчаяния: — Пока что каждый строит свой собственный мир.
— И ты, — спросил чародей неверяще, — хочешь его переделать?
Олег наткнулся на его изумленный взгляд.
— Хочу, — ответил он с усилием. — В мире потому столько дури, столько нелепостей, что правят не мудрые да знающие, а... черт знает кто.
Он поморщился от стыда и унижения, вспомнив недавнюю победу, странную и нелепую, когда они спасли мир. Вернее, спасли человечество. Как сами вырвали победу у более мудрых, более знающих, более умеющих.
Беркут подумал, одобрительно прогудел:
— А что? Мысля достаточно безумная, чтобы быть верной. В самом деле, неплохо бы всех этих тупоголовых, именуемых волхвами, магами, волшебниками, чародеями... собрать в один кулак! И сдавить, конечно. Чтобы потекло, потекло... В мире должен быть порядок! И одна голова.
Олег смотрел исподлобья. На скулах до скрипа натянулась кожа. Он чувствовал, как вздулись рифленые желваки, а зубы сжались так, что перехватили бы топорище.
— Сгонять? Я намеревался как-то убедить.
— Убедить? — изумился Беркут. — Разве колдуны не люди?
— Но есть же мощь доводов...
Беркут хмыкнул так гадко, что Олег поперхнулся, умолк.
