Семеро Тайных

Он сжал кулаки, захотелось метнуть в каменную стену скрученную молнию, сразу все озарится, а что огонь и дым, так до-просились, знают же...

Костяшки заболели. Он покосился на кулаки, с холодком понял, что в самом деле пытался метнуть огонь, но во всем теле не осталось ни капли магии. Если маги догадаются, что он сейчас беззащитен...

За воротами тут же осветилось трепещущим оранжевым огнем, словно факелы горели на ветру, остроконечные блики выметнулись наружу и заметались под его ногами. В напряжении он пересек линию ворот, мышцы стонали от готовности дать сдачи.

Никакое колдовство не бьет внезапно... по крайней мере, чародей ощутит раньше, чем оторвется голова. Но что делать, если нападут?

Знакомая лестница обвивалась вокруг массивного столба, как полевой вьюнок. Олег видел только нижние два кольца, на этот раз показалось легче, хотя все те же мраморные плиты ступеней. Мелькнула мысль, что птахой бы, но оказаться потом голым даже перед стариками не очень-то хотелось, это не баня, когда все одинаково голые.

Тем более перед этой, с серыми глазами... Непонятно, как вести себя с нею, преспокойно забросившей его на мучительную смерть...

Он поставил ногу на ступеньку, внезапно пахнуло холодом. Он пригнулся, над головой что-то пролетело, больно дернув за прядь, он упал, перекатился через бок, кого-то сшиб в темноте, к запахам трав примешался крепкий запах мужского пота.

По этому запаху он понял, сколько здесь человек, почему так напряжены мускулы, что затевают и даже кто куда прыгнет.

Руки сами задвигались, он ощутил сильный удар в плечо, кольнуло в бок, на него набрасывались с острым железом, а он двигался как можно быстрее, пока в руке не хрустнули тонкие кости, а другая рука не подхватила короткий меч с широким лезвием.

О, сладчайший миг! Он чувствовал, как из груди рвется дикое, звериное. Сам прыгнул навстречу, чего никто не ждал. Страшный яростный крик потряс мир, это кричал он, враги застыли, оцепенев, а меч в его руке тут же забрызгало красным.

Он чувствовал сладостное ощущение, когда полоса тяжелого железа врубается в лицо врага, успевал увидеть вытаращенные в ужасе глаза, тут же справа и слева падали под его ударами рассеченные тела, красное и теплое брызгало ему в лицо.

Когда мир перестал дергаться как умирающий кролик, Олег слышал только предсмертные хрипы, шорох и бульканье вытекающей крови из страшно разрубленных тел.