Семеро Тайных

 — Сила еще не все, как и увертливость. Витязю надо знать семьдесят приемов боя супротив противника с топором и мечом, еще семьдесят пять супротив оружного мечом, сто четыре — супротив двух с топорами...

Олег прервал:

— Хорошо-хорошо. Завтра, говоришь? Пока подбирай доспехи. А утро вечера мудренее."

"— Ну тогда до завтра, — ответил воевода с сомнением. В прищуренных глазах было недоверие, заспится этот богатырь до полудня, даже если княжна не допустит до него сенных девок, что уже при виде такого парня взмокли снизу.

Эти простые люди потому и простые, что останавливаются сразу же, едва видят накрытый стол и спелых девок. — Я пришлю за тобой гридней будить. Вообще-то я не больно жалую опоздунов... э-э, как говорят наши культурные бояре, опозданцев.

— Я встаю рано, — сообщил Олег.

— Да? — ухмыльнулся воевода. — В этом княжестве по-настоящему рано встаю только я.

Княгиня деловито распоряжалась, к ней подбегали управляющие, бояре, сотники, но чувствовалось, что она умеет править умело и уверенно.

Однако Олег то и дело ловил на себе ее взоры, то застенчивые, то умоляющие, а то и вовсе трусливые.

За ним тоже гуськом ходили бояре, ловили слово, он в последней попытке отбояриться протолкался к ней:

— Славная Бруснильда! Не делаешь ли ошибку? Все-таки я не княжеских кровей!

Она просияла:

— Вот и прекрасно!

— Почему?

— Дурни, они ничего не понимают!.. Ты и будешь основателем великого и славного рода, из которого выйдет много героев, способных завоевывать княжества, разорять царства, топтать поля врага и уводить в полон женщин и детей!.

. У каждого княжеского рода основателем был либо простолюдин, наделенный необычайной силой, либо вообще дикий человек из гор, леса или песков. Самая большая слава ему, самые красивые песни ему, самые героические песни и легенды — о нем!

— Да брехня это, — отмахнулся Олег. — Мне старый Боромир рассказывал. Это волхв, у которого я учился...

— Так ты еще и грамотный? — спросила она с беспокойством. В серых глазах появилась задумчивость, княжна прикусила губку, на лбу безуспешно подвигалась кожа, пытаясь собраться в складки, потом чудесные глаза просияли.

 — Пока что можно об этом никому! И так со всех сторон: почему пеший, что за мужчина без коня...

— А что рыжий? — осведомился он угрюмо.

Она отмахнулась:

— Это терпимо. И среди рыжих не все уроды. Для мужчины внешность не главное. Чуть красивше козла — уже красавец. Главное, ты здоровый, как сарай. Теперь тебя все боятся, а это в жизни главное...