Семья для мажора

Наваливается на меня бедрами, и мне приходится закинуть ногу на его талию.

— Отстань, — отворачиваюсь.

Тихо смеясь, бодает носом мою щеку и находит мои губы.

— Я найду для тебя видеоурок, — шепчет мне на ухо.

— Чего? Минета? — возмущаюсь. — Я не хочу смотреть, как кто-то кому-то… отсасывает.

— Ну и зря, — кусает мою шею. — Может тебе понравится.

— А тебе что, это нравится?

— Порно? — уточняет он.

— Я должен сказать правду?

— Да. Мы же собираемся пожениться. Например, мне нравятся улитки. Я покупаю замороженные…

— Мне нравится порно, — открывает он душу.

— Я не умру от разрыва сердца, — заверяю его. — Не волнуйся. Я… смотрела порно…

— Правда? — вскинув голову, Дубцов широко улыбается. — Ночью под одеялом?

Он так близко. Касается меня повсюду. Моей кожи, моего тела. Его горячий член упирается мне в живот, прожигая его насквозь.

— Нет, — наигранно фыркаю в его лицо. — Я была в ванной и при свечах.

Это вранье, но выражение его лица того стоит.

— Врешь, мотылек, — констатирует, проводя по моему животу пальцами.

Вздрагиваю, впиваясь пальцами в его лопатку.

— Как-нибудь посмотрим вместе, — обещает, беря мою руку в свою.

Тянет ее вниз и заставляет обхватить себя пальцами. Сжимая в кулаке сумасшедше живой орган, я тону в его глазах.

— Вот так… — шепчет, окружив мои пальцы своими.

Задает им темп и направление, двигая наши ладони вверх и вниз.

Через секунду наше дыхание смешивается. Я чувствую вибрации и дрожь его тела. Как оно реагирует на наши совместные усилия. Как бедра приходят в движение, делая короткие выпады, будто… он входит в мое тело. От этого меня саму встряхивает с головы до ног.

Я издаю тихие всхлипы. Его дыхание становится рваным, тело каменеет. Рот жадно дышит рядом с моей шеей.

Через минуту Кир стонет, и каждая клетка моего тела стонет в ответ.

Сотрясаясь, он сжимает мои пальцы с такой силой, что я боюсь сделать ему больно.

Интимность этого момента шокирует меня. До глубины души и сознания.

Большое тело на мне обмякает, становясь тяжелым. Грудью чувствую, как колотится его сердце, но прежде, чем успеваю вымолвить хоть слово, рука Дубцова ныряет в мои домашние штаны.

Обтерев голову и затылок полотенцем, бросаю его на тумбочку.

За спиной тихий хлопок двери, поэтому оборачиваюсь через плечо.