Семья для мажора

— Алло… — растерянно лепечет Алёна.

Абсолютно непривычно фиксировать девушку Баркова в образе мягкой и нежной ромашки, но я уверен, что шипы вылезут сразу, как поймет, что на проводе я.

Я не нравился ей никогда.

Вполне возможно, с той секунды, когда положил глаз на ее подругу. От чего-то она решила, будто я ей не пара, но я бы сильно соврал, если бы сказал, что ее мнение хоть как-то меня заботит. Думаю, я не нравлюсь ей сам по себе, и чтобы не сделал, все равно буду ее раздражать. Реакция все та же: мне пофиг.

— Нужно поговорит, — произношу в трубку.

Обходя лужи, стараюсь не вляпаться в снежную жижу и кривлю губы, когда дорогу пулей перебегает чёрная кошка. Отлично, твою мать. Кажется, это означает, что день мне предстоит дерьмовый.

— Кто это? — бормочет Алёна. — Дубцов, это ты что ли?

— Это я, — сажусь в машину и нажимаю на старт-кнопку, заводя мотор.

— Ты… блин, — копошится, сильно понижая голос. — Восемь утра, твою мать.

— А ты что, всю ночь младенцев ела? — интересуюсь.

Слышу, как шуршат по полу ее тапки и как хлопает дверь.

— Нет, я всю ночь думала, какой же ты мудак, — шипит она. — От заката и до рассвета.

— Ты все не так поняла, — стараюсь быть цивилизованным. — Можем провести совместный сеанс с психотерапевтом и все обсудить.

— Неужели? — усмехается. — Ты готов потратить время на что-то, кроме себя любимого? Ну, надо же! Что, так сильно прижало?

Кажется, я слышу скрип собственных зубов.

Блть, ну что за ведьма.

— Слушай сюда, — глушу этот дебильный сарказм. — У меня в жизни есть только одна вещь, которой я дорожу сильнее, чем самим собой.

— А теперь ты меня послушай, умник, — цедит Алёна. — Она не вещь. И ты больной, если думаешь, что я могу скрыть от нее то, что мудак, за которого она собирается замуж, на досуге обжимается с другими телками!

— Это не то, что ты подумала! — повторяю громче.

— Правда? И что же это? Твоя подруга решила посчитать тебе зубы языком и проверить, два у тебя яйца или одно?!

— Блять… — медитирую, прикрыв глаза.

— Вы — богатенькие сынки думаете, что вам все можно? Хотя, что же это я… если бы ты так думал, не звонил бы.

— Алёна, — говорю с нажимом. — Я люблю ее. Она никогда не увидит Таню. По крайней мере, в моем окружении. Вопрос исчерпан.

— Таню, — выплевывает. — А что, ты ее в лесу закопал?

Молчу, чтобы не послать свою оппоненту в задницу.