Семья для мажора

— В восемь вечера? — рычит она за моей спиной.

Молча двигаюсь по рядам, с трудом ориентируясь в пространстве.

Заняв очередь, начинаю выкладывать на ленту продукты.

Карина возникает рядом и швыряет на нее коробку мятных леденцов.

Пиканье сканера перекрывают громкие голоса и смех.

Синхронно обернувшись, видим высыпавшую из-за угла компанию парней и девушек. Одного они везут в тележке и, судя по всему, стримят это в интернет.

Отвернувшись, ищу в сумке свою продуктовую “авоську”. Как-то раз я подсчитала, сколько трачу в год на пакеты в супермаркетах, так что больше мы с ними не друзья…

— Здесь вообще-то очередь! — слышу возмущенный голос Карины.

Мимо меня протискивается чье-то тело, над плечом появляется рука в черной куртке и выхватывает с полки упаковку презервативов.

— У меня только это. Я быстро, — произносит хрипловатый голос за моей спиной.

— У меня тоже только это, — зло тычет Карина на ленту, указывая на малиновую коробку со своими леденцами. — Так что будешь за мной!

— Не психуй, лилипут, — получает она в ответ.

Щеки моей сестры становятся такими же красными, как и вязаная шапка на ее голове.

Собственный рост — самая болезненная тема во всей ее жизни. Конечно, она ниже среднего, но у нее идеальные пропорции.! Я говорила миллион раз, только это бесполезно. Плюс ко всему, она красивая. Гораздо красивее меня. И она не рыжая, как ржавчина, черт возьми!

Карина открывает и закрывает рот, а я оборачиваюсь.

Рядом со мной стоит голубоглазый парень в черной шапке. Кажется, он брюнет, но сказать трудно, потому что шапка полностью скрывает его волосы.

Глядя на нее исподлобья, он не двигается с места, совершенно точно не собираясь вставать “в очередь”.

На лице Карины все то же смятение.

Выбросив вперед средний палец, она цедит:

— Не буду, придурок.

Отвернувшись, смотрит в одну точку прямо перед собой, полностью игнорируя весь окружающий мир, включай возмутителя нашего спокойствия.

Бросив на меня быстрый взгляд, парень шлепает на ленту перед моими покупками свои презервативы и, проходя к кассе, снова смотрит на сестру. Расплачиваясь, опять бросает на нее взгляд, но она упорно смотрит перед собой, гордо вскинув подбородок.

Кусаю губу, переводя глаза на парня.

— Фрол! Ты идешь? — орет один из его друзей, судя по всему, таких же придурков, потому что шума от них больше, чем от отряда пятилетних детей.