Семья для мажора

Крутя головой и перебрасывая через плечо сумку, смотрит по сторонам. На тротуар и проезжую часть, по которой улитками тащится транспорт.

Движение эпично медленно, и я с трудом представляю, как до ее дома добраться. Ожидаемо приходит мысль о том, как бы она добиралась до дома в этом тумане, не будь здесь меня.

Ее обманчиво невинные глаза смотрят на меня украдкой, когда подхожу к одному из окон и опускаю железные ставни. Калинина принимается возится с другим окном. Как ни странно, они поддаются с первого раза.

Дожидаюсь, пока повесит замки и проверит дверь, после чего иду к машине и открываю для нее пассажирскую дверь «порша».

— Спасибо, — бормочет, забираясь в салон.

Забравшись на свое место, отъезжаю о тротуара и, протянув тридцать метров вверх по улице, торможу на первой попавшейся парковке. Это парковка какого-то административного здания, и в десять часов вечера она совершенно пуста, так же, как и улица вокруг нас.

Я не хочу больше ждать.

Я хочу внести ясность в каждый пункт нашей повестки прямо сейчас, поэтому глушу мотор, оставляя в качестве фона музыку какой-то радиоволны.

Калинина не двигается.

Положив на колени сумку, смотрит в окно с таким видом, будто у нее вместо позвоночника металлический штырь.

Я хочу до нее дотронуться. Подыхаю от этого желания, но не могу. Теперь все не так, как раньше. Раньше я не знал, что она может засандалить мне в спину кухонный нож и провернуть пару раз, глядя в мои глаза и понимая, как это, твою мать, больно.

— Ты была у врача? — спрашиваю, глядя в свое окно.

— Да… У меня беременность. Если хочешь знать подробности, я пришлю тебе заключение врача.

— Есть подробности? — бросаю на нее взгляд.

— Не очень много, — продолжает смотреть в окно. — Он еще очень маленький, но…

Она жует губы, а я смотрю на ее профиль.

— Но? — стараюсь звучать нейтрально.

— Но это уже человек… — выпаливает.

— Что еще у него есть? — ерзаю по сиденью.

— Кажется, пока больше ничего, и сейчас он передает тебе привет, потому что меня тошнит… — отстегивает ремень, толкая ладонью свою дверь, но та не поддается.

— Блин… — выбросив вперед руку, снимаю с дверей блокировку.

Распахнув свою, Аня стряхивает с колен сумку и выпрыгивает из машины.

Быстро отстегиваю ремень, выходя следом.

Фонари вокруг нас выглядят желтыми кругами.