Семья для мажора

Он знал, что так будет?!

По руке до самого плеча проходит ток, а потом этот ток ударяет прямиком в живот.

Сжав пальцы вокруг безумно возбуждающего каменного бугра, я выкрикиваю его имя и пропускаю через себя волну удовольствия, которая заставляет выгнуться.

Когда прихожу в себя, его рука сжимает мое бедро.

Схватившись обеими руками за отвороты его куртки, рвано дышу в его шею. Она слегка влажная от пота, а окна вокруг нас запотевшие.

— Захочешь еще, просто скажи, — говорит расслаблено.

Приподняв голову, смотрю в его потемневшие глаза.

На его щеках красные пятна, на губах усмешка.

Кир откидывается на сиденье и поправляет ширинку, лениво говоря:

Отупело тянусь к ремню, глядя в пространство, как пустоголовая неваляшка.

В магазине я закупаюсь так, будто собираюсь вместе с дедом неделю провести в бункере. Просто я не сомневаюсь в том, что за почти пять дней моего отсутствия дед хотя бы раз посещал продуктовые магазины.

На кассе Кир подталкивает меня вперед и сам расплачивается за покупки.

Не спорю, собирая их в пакеты.

Я не знаю, как будет выглядеть наш “семейный бюджет”. Я вообще ничего не знаю, кроме того, что хотела бы поскорее добраться до дома и снять с себя пропахшую больницей одежду. Еще мне нужно в душ, потому что последствия удовлетворения моих “потребностей” делают некомфортным мое нахождение в собственном белье.

Внимание Дубцова концентрируется на дороге, но, когда обвожу глазами его сосредоточенный профиль, он отвечает мне молчаливым взглядом, ирония и издевательская веселость в которых сменилась глубокой задумчивостью.

Решаю не мешать ему думать, о чем бы он ни думал, и достаю из кармана телефон, чтобы написать Алёне и предупредить ее о том, что направляюсь домой, и нашу встречу придется перенести на другой день, потому что…

Снова смотрю на четкие линии его подбородка, носа, губ.

Потому что, я собираюсь провести этот день с Кириллом и больше ни с кем не хочу этот день делить.

Я собираюсь убрать телефон обратно в карман, но Кир снимает с панели свой приклеенный на магнит гаджет последней модели и, сняв с него блокировку, передает мне со словами:

— Вбей номер своей подруги.

— Эмм… Алёны? — уточняю, забирая у него аппарат.

— Алёны, — отзывается он.

— Зачем? — спрашиваю по инерции, ища ее в своей телефонной книжке.

— На всякий случай, — поясняет Кир.

— Ну, да… — соглашаюсь и вбиваю номер.

Повесив телефон на панель, расслабляюсь. Впервые за этот месяц мне вдруг спокойно, как никогда.