Семья Звонаревых. Том 1
7 прочтений
– Ну и скрытная! – с обидой в голосе проговорил Блохин. – Виделись с ней, говорили чуть ли не весь вечер, и даже словом не обмолвилась.
– Не скрытная, а осторожная. Это как раз то качество, которое особенно ценно для нас, подпольщиков, и для тебя тоже, – Иван Герасимович усмехнулся, – будущего хозяина явочной квартиры.
За разговорами засиделись допоздна.
– За паспортом и направлением зайдёшь завтра сюда, ко мне, – сказал Иван Герасимович на прощание Блохину. – Лучше, если придёшь к вечеру, по-тёмному…
На улице Никифоров предложил Блохину для ночёвки свою квартиру.
– Мне всё равно в ночную смену. Бери ключ и отсыпайся вволю.
Блохин отказался. Простившись с Никифоровым у трамвайной остановки, он чуть ли не бегом пустился к Звонарёвым: ему очень хотелось ещё повидаться с Ольгой Семёновной, высказать ей свою радость, что она тоже принадлежит теперь к партии.
Но он опоздал. Всего за несколько минут до его прихода с вокзала вернулись Варя и Сергей Владимирович, провожавшие Ольгу Семёновну.
– Вот досада! – тяжело вздохнул Блохин.
– И она сожалела, что не смогла проститься с вами, – сказала Варя. – Просила передать вам большой привет.
Приезд Ольги Семёновны, её жизнерадостность и умение внешне сохранять спокойствие при всякого рода неприятностях несколько встряхнули Варю и развеяли её мрачные мысли по поводу институтских передряг. Всего неделю пробыла Ольга Семёновна в Петербурге, но за это время она трижды «вытягивала» Звонарёвых в театр – один раз в Александринский и два раза в оперный.
«И как это я даже привет – и то позабыл передать ему!» – досадовал на себя Блохин.
На следующий день с чужим паспортом Блохин выехал в Колпино.
Жизнь Звонарёвых пошла своим чередом. Варя старалась теперь меньше обращать внимания на интриги своих институтских подруг и с головой ушла в учёбу. Вскоре она сдала все зачёты за третий курс и сумела догнать своих однокурсниц. Ей уже не приходилось так напряжённо работать в институте, как прежде. Нашлось время и для практической медицинской деятельности.