Семья Звонаревых. Том 1

По дороге гости с интересом осматривали земляные валы, кирпичные капониры, старые разоружённые батареи. Только кое-где виднелась скудная растительность.

– Даже не верится, что это Крым, – произнесла Варя. – Так же серо, глухо и однообразно, как на Квантуне.

– На то это и крепость, госпожа Звонарёва! – вставил Фирсов. – Тут всё должно быть на глазах, как на ладошке.

– Особенно противнику – с моря! – колко поддела его Варя.

Полковник покраснел и криво улыбнулся.

– У вас очень острый язычок, госпожа Звонарёва.

С вами опасно вести спор, – заметил он.

– Не вам, военному, говорить такие вещи мне, ничего не понимающей в военном деле женщине, – уже шутливым тоном продолжала Варя.

Она чувствовала, что нравилась начальнику штаба крепости, а это было лишней гарантией от каких-либо подозрений с его стороны в её адрес.

Ещё накануне в казематах форта произвели тщательную уборку: всё вычистили, выскоблили, вымыли. Узников сводили в баню. Их побрили, одели в чистое и целое казённое обмундирование.

Тлуща и Климова вернули из карцера. Ночью дежурил Голубенко, а с утра его сменил Блохин. Он с волнением ждал встречи со Звонарёвой и очень боялся хоть чем-нибудь выдать своё знакомство с ней. Но всё обошлось как нельзя лучше. Варя издали заметила Блохина, но прошла мимо, даже не взглянув на него. А он, вскинув руку к козырьку, стоял навытяжку перед полковником и ротмистром и всем своим существом выражал сугубо верноподданнические чувства.

Врачи сначала осмотрели Коссачёву. Она встретила их настороженно и недружелюбно. Краснушкин внимательно выслушал её лёгкие и пришёл к тому же заключению, что и Спиртов, – состояние больной не представляло опасности для окружающих, но сама-то она нуждалась в хорошем питании и курортном лечении.

– Крым считается одним из лучших курортов Европы и, я полагаю, Коссачёвой повезло, что она попала именно в Крым, – с издёвкой проговорил Саблин.

– У вас, господин ротмистр, довольно своеобразное понятие о курортах, – искоса взглянул на него Краснушкин.

 – Каземат – это не санаторий, а склеп – особенно для госпожи Коссачёвой.

– К сожалению, у нас к государственным преступникам слишком либеральное отношение, – недовольно промолвил Саблин.

– Вы так думаете? – удивлённо спросил Краснушкин.

– Ваш приезд – красноречивейшее тому подтверждение, – ответил Саблин.

– Странно слышать такие речи со стороны жандармского ротмистра.