Семья Звонаревых. Том 1

– Где же запропастился наш отец? – забеспокоилась Варя, когда секретарь назвал фамилию Белого.

– Здесь! – раздалось в глубине зала, и, раскланиваясь на ходу со знакомыми, Белый прошёл вперёд к своему месту.

Посередине эстрады возвышался большой, покрытый сукном стол. На нём стояли треугольное зерцало с петровскими уставами на гранях, три графина с водой, пепельницы.

Длинная перекличка всех ста пятидесяти четырёх свидетелей, вызванных на суд, закончилась только в одиннадцать часов утра.

– Цвет нашего генералитета! Всю рухлядь сюда собрали.

– Самому молодому – под восемьдесят. Герои времён Очакова и покорения Крыма.

– Они, поди, уже совсем из ума выжили!

– Такие сговорчивее. Вынесут приговор, какой прикажут! – тихо переговаривались друзья.

Судебное заседание открылось. По списку привели к присяге подсудимых и свидетелей.

Белый предъявил себе отвод как родственнику Стесселя. Суд от показаний его не освободил, но к присяге решил не приводить.

Стессель обратился к суду с просьбой о вызове ещё двадцати свидетелей.

– Сколько же их у вас всего? – спросил председатель.

– С вновь вызываемыми – девяносто шесть человек, – доложил секретарь суда.

– А сколько свидетелей обвинения? – поинтересовался один из членов суда.

– Двадцать девять человек, – сообщил прокурор, сравнительно молодой генерал-лейтенант.

В публике пронёсся шум.

– Безобразие! Всё делают, чтобы оправдать Стесселя! – возмутился Борейко.

– Это же не судьи – фокусники, – шепнул Блохин.

В зале усиливался шум. Председатель суда нервно позвонил.

– Прошу соблюдать тишину и порядок!

Шум в публике постепенно стих, и председатель приказал секретарю суда, лысоватому судейскому полковнику, огласить обвинительное заключение.