Все это происходит так быстро, что я не улавливаю, в какой момент Раевский забрасывает мои ноги к себе на плечи, а я вцепляюсь ему в волосы, не совсем понимая, хочу я его остановить или не хочу, чтобы он прекращал.
Не переставая пытать меня руками, он посасывает чувствительный комочек и добивается того, что я в считанные минуты достигаю оргазма. Правда, Князя это не останавливает, и он продолжает свои истязания.
Я такая мокрая, что его пальцы проникают в меня с хлюпаньем. Слышу, как он со свистом втягивает в себя воздух.
Раздвинув пальцами половые губы, он чередует язык и большой палец на гиперчувствительной горошине. Я взрываюсь снова. В этот раз все намного острее, и я дезориентирована.
Князь разворачивает меня на живот, укладывает солдатиком и прижимается сверху. Одна его рука обхватывает меня под грудью и ложится мне на горло, вторую он просовывает мне под живот, попка моя приподнимается, и я чувствую, как скользит между ног по моим скользким складочкам головка его члена.
Я вся покрыта испариной, я верчу попой в надежде, что вот сейчас он войдет в меня.
Я практически охрипла, но Князь не из тех, кто щадит.
— А вторая вещь, которую тебе надо усвоить, — за неповиновением следует наказание.
Глава 27. Я сказал: «Наказана!»
— Ты меня поняла?
Бессвязно мычу.
Ладонь под животом сползает ниже и накрывает лобок. Средний палец проскальзывает между складочек и чувствительно надавливает на клитор.
— Еще раз спрашиваю: «Ты меня поняла?» — Князь требует ответа, но я окончательно осипла от повторного оргазма, и голос меня не слушается.
Покорно киваю.
— Хорошо, — он милосердно принимает мой ответ и плавно погружается в меня.
Так же медленно выходит почти до конца, а потом, прижав меня к себе еще сильнее, начинает яростно насаживать на член. Все, что мне остается, хрипло поскуливать.
Разгоряченное тело Раевского словно усиливает интенсивность запаха его парфюма, который и так ассоциируется у меня с похотью. От этого мозги полностью переходят в жидкое состояние.
Доведя меня до очередного пика, который показался мне воистину болезненным наказанием, Князь встает у постели и завертикаливает мое безропотное тело на четвереньках у края кровати лицом к себе.
— Покажи мне, какая-ты послушная девочка, — требует он. И моих губ касается багровая гладкая головка, она пахнет мной.
Я послушно размыкаю губы и принимаю член Раевского на язык."
"Крепко, но аккуратно придерживая меня за волосы он скользит по языку и проходит в горло.
