Там, среди деревьев, с секирой на плече, стоял высокий воин. Ростом выше двух метров, а шириной плеч и того больше.
Его рыжие, густые волосы, были стянуты в несколько кос, которые сплетались в одну, еще большего размера. Она тянулась вплоть до самой талии, касаясь широкого пояса с металлическими бляхами. Кожаные штаны, заправленные в сапоги, сшитые из меха убитых воином животных.
Доспехов он не носил. Утверждал, что лучший доспех для воина — его собственная кожа и никак иначе. Броню великану заменяли разнообразные татуировки, покрывавшие весь его торс.
На них были запечатлены сцены из героического прошлого.
Побежденные рыцари племен богини Дану. Поверженные демоны. Уничтоженные твари, живущие Межграниц. Или те боги, которым не повезло попасть под секиру. Её рукоять и лезвие чем-то напоминали соединивших руки и ноги мужчину и женщину.
Очень странный внешний вид был у оружия…
— Абендин, Первый Воин, — кивнул он в знак приветствия.
Не раз и не два он видел этого могучего Старшего Бога во времена, когда целыми эпохами нес свою службу на границе миров.
— Дархан, Черный Генерал, — точно так же кивнул великан. — Тебя оказалось на удивление просто найти.
И он засмеялся.
Дархан уже слышал этот смех. Он был похож на звук, который, наверное, издавал бы медведь, если бы последнего какой-нибудь смельчак или глупец (хотя, обычно, эти два качества шли рука об руку) решился пощекотать.
Странные мысли для бога…
Не было такого медведя, который смог бы хотя бы существовать рядом с Дарханом, не сдерживай тот давление своей души.
Наверное, слишком много времени провел среди смертных…"
"— Только не пойму, что ты здесь забыл? — Абендин огляделся. Ему явно не нравилось то, что он видел вокруг себя. — Мир смертных… Вечность и Истоки, Дархан, неужели ты настолько боишься Дергера, что сбежал от него в этот забытый Истоками край, чтобы спрятаться среди мешков плоти и костей?
Дархан промолчал. Среди богов он редко когда находил собеседника, который разделял бы его увлечения миром смертных. Хотя, не то чтобы, он часто их искал — этих собеседников.
В тишине, ему было куда спокойнее и лучше, чем на сладострастных приемах Яшмового Дворца.
Он посмотрел на Абендина. Могучий великан. Почти такого же роста, как и сам Дархан, но явно шире в своей комплекции. Он был первым из богов, кто взял в руки оружие и опустил его на плоть твари между границ. За что и получил свое прозвище — Первый Воин.
Дархан всегда уважал этого диковатого, но отважного и честного воина.
