Вернее, даже не изменять, а… Хаджар, если честно, не мог подобрать нужных слов. Просто потому, что он не понимал всего того, что происходило. Он видел, как секира, вспыхнувшая чем-то, что нельзя было назвать “светом энергии”, опускается ему на голову.
По инерции, ведомый лишь инстинктами, он подставил под удар призрачный, туманный черный меч.
Закон Черного Меча…
Закон Секиры Страсти Битв…
Все это было для него лишь пустыми словами. Может теперь Хаджар и знал, что такое “закон”, но все еще не понимал.
— Наконец-то! — кричал пьяный от радости сражения Абендин.
Его и без того могучие руки наливались силой. Мышцы разбухали весенними почками. Жилы надувались горными реками. Реальность же… с ней ничего не происходило.
На плато не поднимались горы, не опускались глубокими ущельями. На ткани мироздания не появлялось разрывов. Вихри энергии не били о душу сражающихся.
Казалось, что бьются не два “бога”, а простые смертные, сошедшиеся в смертельном поединке.
Но все это изменилось в тот момент, когда лезвие секиры столкнулось с черным клинком.
Реальность дрогнула.
Хаджар, опять же, не то что не видел происходящего, а скорее — не осознавал. Все выглядело так, как если на телевизоре поймать не работающий канал и долгое время вглядываться в белый шум. Помехи затягивают, завораживают и не отпускает.
В их хаосе смешения оттенков серого, начинаешь видеть все великолепие радуги и даже некий порядок.
Именно это, пожалуй, и происходило вокруг.
Реальность превратилась в белый шум.
Ворох помех, вызванных столкновением двух законов. Как если бы она стремилась измениться, подогнуться под волю одного из богов, но её тут же сгибало в другую сторону.
Это нельзя было назвать разрушениями, дрожь земли не походила на землетрясение, вибрация воздуха — на бурю. Вспышки света не выглядели молниями.
Нет, это был чистый и незамутненный хаос, из которого целым мог выйти лишь один… один вариант реальности и один бог.
— Мой закон сильнее! — все кричал Абендин, всем весом наваливающийся на секиру.
Хаджар же, с одной стороны, вроде и присутствовал разумом в самой гуще событий, но с другой… он был где-то в другом месте.
Его разум словно разделился на две части. Одна из них, полностью поглощенная боем, держала меч и выжидала момента, когда можно будет провести контр-атаку. Ничего нового — очередной бой из бесчисленного множества уже прошедших.
Но вторая…
* * *Хаджар видел перед собой тропу. Она петляла где-то во тьме.
