Онлайн-библиотека книг
Он посмотрел на то, с какой легкостью шипы не только вспарывают ткань синих одежд, но и его собственную плоть. Которая, ко всему прочему, помимо техник укрепления, была усилена сердцем дракона и орчьим Волчьим Отваром.
Все же в этом мире существуют места, которые смертельны даже для адептов, достигших стадии Повелителя.
— Тогда почему Седьмое Небо не прислало сюда кавалерию? — процедил Хаджар, выдергивая из плечей и предплечий острые колючки.
При этом он не забывал циркулировать внутрь себя энергию в технике “Пути Среди Облаков”.
[Срочное сообщение! Носитель подвергся отравляющему воздействию неизвестных характеристик. Все показатели снижены на 2,5 %]
Мда…
Следовало, пожалуй, отключить возможность нейросети без ведома Хаджара сигнализировать ему сообщений. Эта зеленоватая надпись на периферии зрения только раздражала и мешала.
Ну да, может он и не почувствовал, что яд немного его ослабил, но… не до этого сейчас!
— Прислало, — ответила Фрея.
Она порхала между ветками кустов, лишь в миллиметре проносясь над острейшими из колючек. Учитывая размер золотой красавицы, они, наверное, могли бы рассечь её надвое.
— Тебя?
— Тебя.
— Это не самое лучшее время, Фрея, чтобы соревноваться в остроумии.
— Мне не в чем с тобой соревноваться, смертный, — немного оскорбленно произнесла фея. — но, сейчас, я вынуждена признать, что Седьмое Небо прислало сюда кавалерию, чтобы остановить ритуал призыва тени Дурхадира.
— А мне жаль тебя расстраивать, Фрея, но я никакая не кавалерия. Мы с отрядом лишь случайно забрели в эту деревню, потому что два дракона решили поцапаться прямо перед моим носом. И так уж случилось, что одному из них я должен и…
— И все это неважно, — перебила посланница богов. — Твоя жизнь — лишь вспышка в самой начале другой вспышки. Те меньше, чем искра, Хаджар Дархан. Проще, чем песчинка. И даже будь тебе в сотню раз больше лет, ты бы не смог осознать и части той силы, которой обладает Книга Тысяче и те, кто властны над ней.
Хаджар вспомнил лицо Примуса, когда он убил его родителей. Вспомнил, как лились слезы матери, когда её друг, брат её мужа, вырвал сердце из её груди.
Он вспомнил шрамы на теле Элейн, оставленные от пыток Примуса и Наместника, когда они творили свою магию с её разумом.
Он вспомнил сожженные деревни, тысячи угнанных в рабство людей. Разрушенные семьи.
