Если одержу победу я, то, клянусь именем предков, никто из твоих родных и близких, не пострадает.
Хаджар отступил. Он посмотрел в глаза Степному Клыку.
В них была только горечь.
— Я бы хотел, чтобы все сложилось иначе, брат мой Степной Клык.
— Я тоже, брат мой Северный Ветер, но…
Но таков был Хаджар и таков был Степной Клык. Такова была их честь. Отказаться от которой, означало участь худшую, чем смерть — предать себя. Предать своих предков. Предать свой путь.
И так же, как скорпион, пересекая реку верхом на лягушке, убил её и потопил себя.
Потому что таков был скорпион.
Хаджар вошел в белую молнию и покинул лагерь орков.
* * *Огнешь, как и многие другие… да все солдаты армии Лунного Ручья стояли на стене Сухашима стояли на крепостной стене и смотрели на то, как лучи солнца постепенно поднимались над восточным горизонтом.
Перед крепостью, в полном одиночестве, сидела могучая фигура.
Она снимала с себя свои волшебные одежды, про которых уже было спето немало песен бардами и менестрелями.
Оставшись в одних холщовых штанах, фигура сложила одежды в аккуратную стопку. Люди ахнули, когда увидели то безумное количество жутких шрамов, которые покрывали тугие, крепкие мышцы, перетянутые жилами-жгутами.
Фигура — их Безумный Генерал, сел на колени и, вонзив перед собой меч, сложил на них ладони.
Потянулись длинные минуты.
А затем, из-за холма, показалось разноцветное море монстров. Как теперь знал Огнешь, их называли “орками”. Разукрашенные белым пеплом, с оружием в руках, они океаном встали на вершине холма.
И полная тишина.
А затем громогласный рев сотен тысяч хищных, почти звериных глоток. Под этот рев из их рядов вышла фигура в темном плаще.
Она подошла к Хаджару и, скинув плащ, положив перед собой два топора, села в ту же позу.
И люди снова ахнули, когда увидели бугры жутких мышц и еще более страшных шрамов. И, самое невероятно, стальные руки и ноги, которые покрывали волшебные руны и иероглифы.
А затем, вновь, тишина.
И лишь крик сокола, парящего в небе. И чувство, как поднимается солнце, окрашивая небо в золота, а землю, в кровь.
Меч ударил о топор и началась битва.
Глава 1029
Люди и орки смотрели за двумя воинами. Те молча сидели друг напротив друга и вглядывались в глаза. Орки знали их историю. Впервые, за многие эпохи, человек был удостоен пера белой птицы.
И не одного, а сразу двух.
Впервые человек, за всю историю орков, сражался в их интересах.
