Но не настолько же!
— Этого… достаточно… мудрец? — спросила Акена, делая паузы между лязганьем доспехов.
— Уже пару минут как достаточно, — панибратски отмахнулся фантом.
Акена замерла, медленно опустила левую ногу на землю и так же медленно повернулась к Хаджару.
— Этого никогда не было, Хаджар Дархан, — произнесла она с легким нажимом. — Этого. Никогда. Не. Было.
Хаджар лишь поднял раскрытые ладони в примеряющем жесте.
Он уже собирался что-то сказать, как фантом вновь подлетел к принцессе. Он встал к ней так близко что стало заметно, как принцесса возвышается над ним на пол головы.
Каким бы великим не был этот волшебник, но ростом он не превышал и ста семидесяти сантиметров.
— Вы готовы заплатить цену за вход, юная леди?
Только недавно его голос звучал дурашливо и в чем-то даже по детски, а теперь в нем звенели сила и глубина, перед которой древний храм казался простой игрушкой.
Тишина опустилась на плечи Хаджару и Акене. Они замерли, видя перед собой фантом древнего волшебника, который, по преданию, одним своим словом мог зажечь или погасить звезду.
Вторым словом, создать из облака великую Империю, а третьим заставить даже богов его слушать.
Ударом посоха он мог поднять из пучин океана вулкан, взмахом ладони заставить его извергать лаву, а дыханием превратить её в прекрасный сад огненных деревьев.
И все это могущество, которое не поддавалась пониманию даже таких адептов, как Акена и Хаджар, было сосредоточено вокруг них.
— Да, великий мудрец, — вновь поклонилась Акена.
— Все, что угодно.
— Все, что угодно, — повторил волшебник с разноцветными глазами. — Не разбрасывайтесь, впредь, подобными словами, юная леди. Слова имеют слишком большую силу, чтобы ими пренебрегать. Словами был создан этот мир. Словами были созданы и вы. Когда ваш отец сказал слова вашей матери, появились вы. И слова же станут нашей погибелью, когда их произнесет тот, кому суждено оборвать наш жизненный путь.
— Спасибо за наставление, великий мудрец, — еще глубже, хотя это казалось невозможным, поклонилась принцесса.
— Я его не забуду.
— Не забудешь, — кивнул волшебник. Он говорил это так, словно не сомневался в истинности произнесенных им слов. — А теперь…
Он подошел к ней еще ближе, протянул туманную, иллюзорную ладонь и коснулся щеки. Вытянув большой палец, он провел им пол глазам Акены.
Принцесса не вскрикнула, не вздрогнула, она, казалось, и вовсе не понимала что происходит. Хаджар же, подскочив, поймал разом ослабевшую девушку.
