Вновь затянутое мраком странного, вулканического пепла, рассекаемое алыми молниями, оно, как и прежде, давило на плечи тяжелым гранитом.
Хаджар до сих пор не верил, что им удалось прорваться сквозь аномалию. Вряд ли хоть кто-то из школы “Святого Неба”, даже личные ученики, могли бы похвастаться подобным опытом.
Постойте… он ведь был не один!
Взгляд Хаджара плавно переместился с неба, затем вниз, на высокие скалы. Они, каменными зубьями, вспороли киль и корму “Пьяного Гуся”, нанизав его на сотни острых уступов. Изорванные паруса, ворох деревянных обломков, разбросанные по плато кристаллы накопителей и блеск мерцающей, волшебной пыли.
Волшебный артефакт был не просто сломан, а развеян прахом. Да и от самого судна мало что осталось. Чудо, что они вообще выжили.
Кстати, об остальных — Степной Клык, вернувший свой родной краснокожий цвет, сидел скрестив ноги и что-то жарил над небольшим костерком. В качестве дров он использовал обломки героической шхуны.
— А где…
Еще до того, как Хаджар озвучил полный вопрос, Степной Клык указал себе за спину.
На камнях, лежа рядом друг с другом, тяжело дышали Ласканцы.
Окровавленные, все в ссадинах, у Ирма так вообще из ноги, разорвав плоть, торчала кость. Для них приземление далось куда большей кровью, нежели Хаджару или орку. Последнего, кажется, вообще потрепало меньше всех.
— Не понимаю….
— Твой пушистый друг, — пророкотал краснокожий. — она нас спасла.
Только теперь Хаджар заметил, что рядом с ним, свернувшись, лежит маленький, трепещущий комок шерсти. Азрея, свернувшись клубочком, слегка дрожала и жалась спиной к бедру Хаджара.
На её белом меху виднелись алые пятнышки.
— Азрея!
— С ней все в порядке, — тут же произнес орк. — я дал ей лекарство. Она крепкая, но неделю пробудет во сне.
Хаджар с благодарностью посмотрел на Степного Клыка.
— Спасибо, — кивнул он.
— Я вернул ей долг. Не благодари, Северный Ветер. Если бы не она — мы бы погибли.
Хаджар бережно поднял маленького котенка. Она поджимала раненную лапку и дышала несколько прерывисто.
— Умница, — прошептал он своей пушистой подруге, погладил её пальцем по темечку и убрал за пазуху. — Долго мы здесь?
— Полдня, — ответил орк.
Он, закончив приготовление, как теперь смог заметить Хаджар, какого-то корня, обернул его в листья и подошел к Ирме. Рядом с ласканцами уже лежали обрывки парусины, отдаленно напоминающие бинты. Положив корень в одень из таких, он осторожно перевязал ногу девушки.
Стоны беловолосой адепта стали тише, а дыхание выровнялось.
