Чем дальше от вершины скалы, чем ближе была высушенная земля, тем сложнее становилось дышать, а перед глазами постепенно все поплыло.
— Проклятье, — выругался Хаджар.
Не видя иного выхода, он призвал на помощь внутреннего дракона. Тот откликнулся и мгновением позже Хаджара окутал туманный плащ. Давление атмосферы тут же уменьшилось, а дышать стало проще. Вот только Зов Хаджара, пусть он и продвинулся в его развитии очень далеко, все равно не мог удерживать его дольше получаса.
Что будет здесь с ласканцами, Хаджар вообще плохо себе представлял.
Вряд ли они, даже в лучшем своем состоянии, смогли бы выдержать хотя бы несколько минут в этой бездне. Оставалось надеяться, что у Степного Клыка найдется какой-нибудь отвар, способный нивелировать эффект от этого воздуха.
Когда до земли оставалось несколько метров, Хаджар спрыгнул и легко приземлившись на камни, тут же юркнул в ближайшую расщелину.
Осторожно выглянув из-за камней, Хаджар достал позорную трубу, накрыл её ладонью, чтобы солнце не бликовало и, абсолютно по инерции, отпальцевал: “Много хищников”.
С тяжелым вздохом он понял, что рядом нет беловолосого друга и брата, которому можно доверить спину. Как нет и желтокожего островитянина, который обязательно придумал бы уже какой-то авантюрный план.
Отмахнувшись о воспоминаниях о битвах с кочевниками в Лидусе и о Сакнеше в Море Песка, Хаджар продолжил вглядываться в местные пейзажи.
И если Да’Кхасси он так и не увидел, то их слуг здесь присутствовало целое море.
Глава 598
Куда бы не падал взгляд, всюду стояли “живые мертвецы”.
Какие-то выглядели относительно свежими. Еще упругая, не гнилая кожа.
Почти целые латы, лишь местами обзаведшиеся глубокими порезами, оставленными длинными когтями. Покрытые густой коркой крови, из них, порой, вылезали покрытые пеплом внутренние органы.
На некоторых даже виднелся герб Ласканской империи.
Чуть дальше находились уже не столь хорошо сохранившиеся “немертвые”. Видимо Да’Кхасси поработили их намного раньше, нежели ближайшие приграничные форты и деревни.
Крестьяне, которые работали в полях, так и находились здесь с вилами и косами. Дети, старики, женщины, мужчины — все к одному. Рядом с ними находились и орки. Уже не с красной, а фиолетовой кожей, они смотрели стеклянными взглядами в никуда.
А дальше — дальше стройными рядами развеялись десятки, сотни, сотни тысяч, миллионы, обтянутых кожей, а местами и даже без неё — даже не белые, а черные скелеты. Их, будто броней, укрыл саван черного пепла.
