И даже её техника, воплотившая в себе мистерии сабли, энергию уровня развитого Безымянного, облаченная в реальности в гребни утреннего прибоя — все это не спасло её от очередного ловкого прыжка зверя и двух когтей, пронзивших грудную клетку девушки.
Аудитория затихла. На какое-то время вся арена погрузилась в тишину.
Монстр уже приблизил пасть к шее воительницы, но тут же превратился в зеленую дымку и вернулся обратно внутрь артефакта.
Несколько секундантов с носилками вбежали на подиум и, подняв окровавленную, хрипящую и булькающую деву, унесли её с арены.
Оставалось надеяться, что лекари смогут не только спасти её жизнь, но и спасти её дальнейшее развитие.
Как успел заметить Хаджар — рана, нанесенная зверем, повредила не только физическое тело девы, но еще и энергетическое.
— Это будет бойня, — покачала головой Летея. — большинство из них если и сражались с монстрами, то в отрядах, а не один на один.
И такова была суровая реальность Чужих Земель. Из-за того, что здесь обитали по-настоящему жуткие и сильные твари, охотиться на них в одиночку было просто самоубийством.
Так что адепты, для таких мероприятий, собирали порой действительно крупные отряды.
Слова Летеи, в итоге, оказались пророческими.
Секунданты не успевали уносить с арены израненные тела. Кричащие, извивающиеся, стонущие. Кто без рук, кто с отгрызенными кусками плоти, оплавленные в кислоте, почти утонувшие в воду, обожжённые, обращенные в камень. Но чаще — искусанные и изрезанные.
Градоначальник неуверенно посмотрел на миледи в сиреневых одеждах, но та взирала на происходящее без тени эмоции.
И, что удивило… неприятно удивило, точно такие же эмоции, вернее — их полное отсутствие, отобразились и во взгляде Шакха.
Оба представителя секты Сумеречных Тайн плевать хотели на те зверства, что творились под их, в прямом смысле — ногами.
И только когда испытание прошел каждый из претендентов; только когда на арене, где песок настолько сильно смешался с кровью, что стал походить на кровавую кашу; только когда перед ложей встали двадцать адептов — только тогда миледи едва заметно зааплодировала.
Шакх остался сидеть неподвижно.
— Приветствую вас, победители второго тура, — голос градоначальника едва не дрогнул. Зрители больше не кричали. Тишина застыла над ареной, которая только недавно являлась эпицентром праздника, а теперь… теперь же она скорее походила на траурное заседание. — Позвольте поздравить вас с тем, что только вы, из семи сотен претендентов, смогли добраться до финального тура.
