— Или вы хотите обидеть нашего гостя?
И мгновенно все стихло. Чем дальше по пути развития, тем меньше оков и пут сдерживало адептов. Что законы смертных тому, кто может взмахом руки уничтожать целые армии и города. И именно потому, дабы не превратить мир в кровавую бойню, они руководствовались лишь одним кодексом — законами гостеприимства.
— Твои слова могут быть истинны, а могут быть ложны, старый плут.
Потому я скажу так — мы проверим правду ли ты сказал насчет генерала и соберемся вновь, как и положено — через год и один день. А теперь вернись за стол переговоров, дабы я мог записать все сказанное, и мы все поставили свои печати.
Глава секты достал длинный свиток и принялся от руки, простым стилусом, писать на нем едва ли не протокол заседания.
Шенси же, вернувшись за стол, начисто проигнорировал недоуменные взгляды тех немногих, кто не знал о маленьком секрете Хаджара.
— Придется прибегнуть ко второму плану.
— Ко второму плану? — Хаджар сдержал себя и не стал сыпать оскорблениями. — А он у тебя есть?
— Обижаешь, парень, план есть всегда.
И три, два… два с хвостиком… два с иголочкой… два с маленькой иголочкой… два с волоском.
— Абрахам, чтобы тебя разодрали демоны в…
— Успокойся, дорогая… А вот теперь — один.
Двери залы распахнулись и на пороге показался окровавленный ученик. Его буквально нес на себе побледневший Шакх.
— Глава, — прохрипел раненный.
— в сутках на юге… отряд… двадцать сотен бойцов… может больше… идут сюда… убили всех… кто был со мной…
— Кто посмел?! — взревел рыжебородый и его аура бушующим океаном ударила о стены залы, заставив их содрогнуться.
— Черные плащи… все с мечами… это… Орден… Ворона…
Конец 18го тома.
Продолжение следует."
