Он слегка шатался. Его одежды окончательно превратились в изорванные лохмотья — они не просто не служили доспехами под ударами Нарнира, но, скорее даже, мешались.
Так что усилием воли Хаджар превратил их из прекрасных одежд Мэб в привычные ему простецкие одежды, сшитые руками Аркемейи.
Раны, таящиеся под ними, постепенно закрывались, но это требовало от Хаджара все больше и больше энергии. А бой и так вытягивал её с немыслимой скоростью.
Такими темпами Хаджара хватит еще всего на несколько минут.
А вот вожак волков, пусть и дважды раненный, выглядел так же свежо, как и в начале поединка."
"— Знакомая техника, — прорычал Нарнир. — значит не даром ты пахнешь Черным Генералом… генерал. Что же — ты бился достойно. Отдай мне перья и можешь ступать. Нет урона твоей чести, а среди сыновей и дочерей Феденрира ты всегда сможешь найти приют и пищу. Такое мое слово.
Стая улюлюкала и выла, подтверждая слова своего вожака. Сперва они отнеслись к прославленному генералу с легким пренебрежением, как к любимчику их королевы.
Но теперь, после его битвы с вожаком, они убедились, что слава генерала родилась не на пустом месте, а королева относилась к нему так же, как и любому другому воину — соразмерно силе и достижениям.
Хаджар посмотрел в глаза противнику и поверил его словам. Так что вместо ответа только выставил перед собой мечи. Даже если бы за его спиной не лежала при смерти верная подруга и на кону стояли бы лишь перья степных орков, Хаджар все равно бы не отступил.
В том, чтобы пожертвовать памятью о гордых воинах и боевом товарище ради своей жизни — в этом нет чести. А что есть у Безумного Генерала, кроме чести, слова и меча.
Нарнир вздохнул.
— Я прослежу, чтобы барды спели славную песню о тебе, генерал, — произнес Нарнир. — Я не искал твоей смерти — ты сам её выбрал. Это моя земля и мои правила, смертный.
Через мгновение перед Хаджаром стоял огромный черный волк и все вокруг, постепенно, погружалось во тьму.
Глава 1610
Глава 1610
То, что увидел Хаджар нельзя было назвать Королевством. Он видел Королевства тьмы и света, когда странствовал по миру и сражался с различными адептами. Королевство не было способно изменить реальность. Во всяком случае — не в подлинном смысле этого выражения.
Королевство лишь подчиняло мир воле его хозяина. И, тем самым, позволяло использовать адепту окружающую реальность как часть собственной силы.
