Сердце Дракона. Том 19. Часть 2

В выброшенных мимо урны окурках, в пустых глазах сидящих на цепи людей, в пьяных криках посреди темной улицы, а затем в своих собственных кошмарах, в пустой, безжизненной комнате в полу заброшенном здании Города, где за сверкающей витриной, в пыли и грязи, в лужах подворотен и дворов колодцев прячется забитый камнями пес."

"В белоснежной палате. В фарах машины. В ноже, сверкнувшем в руках идиота, забравшего с собой самое ценное, что он мог вообще забрать. И в наточенном лезвии, что, когда принц держал у своего собственного горла.

Он видел все это. И все это теперь стояло за спиной Примуса. Гоготало, радуясь и ликую тому, что, наконец, томительное ожидание окончено и добыча, столь часто ускользавшая, наконец загнана в угол.

— Принц… — раздался едва слышный шепот.

Маленькая слезинка скатилась по щеке Няни, мгновенно оборачиваясь льдинкой.

Хаджар снова посмотрел на Примуса. Тот уже замахнулся мечом. В глазах его читалось простое — “прости”.

И Хаджар ответил:

— Нет.

И что-то произошло.

Он что-то почувствовал. Увидел. Услышал. Или… нет, такого слова нет в словаре людей. Но тот комок из холода, боли, злости и гнева, что он чувствовал, вдруг потянулся наружу. Дотронулся до окружающей реальности, слился со снегом и ветрами, льдом и скалами. Закружил с ними, приветствуя, как старых друзей, а затем остановился и обернулся, посмотрев на Хаджара.

Он подошел к нему, положил руку на плечо и кивнул. Он тоже был не согласен. Не согласен с той участью, что уготовили ему боги.

И он будет сражаться. И до тех пор, пока принц тоже не согласен, до тех пор, пока он способен сказать нет всему, что его окружало, они будут сражаться вместе.

Принц взмахнул клинком.

— Что за…

Меч стража обернулся широкой полосой льда. Она ударила в грудь Примуса и отбросила его на несколько метров. И пока тот еще не успел встать, принц заковылял в сторону своего противника. Почему-то он знал, что справится. Отчего-то он…

— Так не пойдет.

И все замерло. Хаджар не мог даже пошевелиться, а вскоре заметил, что застыли и всполохи костра, окаменев прямо в разгар своего хаотичного танца.

Замер, казалось, даже ветер. А там, в лесу, клубилась тьма. Из неё вываливались комочки чего-то темного, а затем, сформировав арку, открыли путь для кого-то. Кого-то высокого, в сером плаще с прорезями, внутри которых виднелись глаза и голодные пасти.

В руках некто держал истекающую кровью сферу, а из-под широкополой шляпы светил всего один глаз.