– Ты же не собираешься никого убивать?»
– Как знать, как знать… – бурчу под нос.
Все-таки появиться перед орками вооруженной подобным тесаком было бы куда зрелищнее, чем с пустыми руками. Но, видимо, не судьба.
Разочарованно вздыхаю, выпускаю рукоять и уже хочу покинуть шатер, как мое внимание приковывает странный блеск.
Что-то блестит на полу между шкур. Не веря своим глазам, бросаюсь туда, хватаю торчащий эфес и тяну.
Рукоять с плотной кожаной оплеткой удобно ложится в ладонь. Изящная гарда, украшенное рубином навершие, расширяющийся книзу, слегка изогнутый клинок, который оплели тускло отсвечивающие руны…
Оружие дроу! Парные мечи-таркханары.
Это я удачно зашла!
Пыхтя, раскидываю шкуры, но второго меча среди них найти не могу. А этот откуда здесь взялся?
«Это оружие Мерильена», – подсказывает Эрионар.
Решаю не выяснять, откуда он знает. И так понятно: они же много раз фехтовали вдвоем.
– Отлично, мне подойдет! – озвучиваю, взвесив клинок на ладони.
Легендарные таркханары до сих пор изготавливаются из особого сплава, секрет которого не знает никто, кроме нескольких дварфов, кующих эти клинки.
Легкие, прочные и гибкие, они не оттягивают руку, и в то же время умелый воин может одним ударом снести голову быку. Особенно опасны они, если их применять одновременно.
Дроу с детства учатся фехтовать левой рукой так же, как правой. Но я ведь не дроу и, по сути, вообще фехтовать не умею. Так что мне для устрашения орков хватит и одного таркханара. Но главное, он очень похож на тот меч, который я видела в котле шелки.
«Эль! – обеспокоенно окликает Эрионар. – Слышишь?»
Вскидываю голову. В воздухе замерла тяжелая, напряженная тишина.
«Барабаны… – проносится в голове. – Они замолчали».
«И голоса орков тоже!»
Сжимая таркханар, поспешно выбираюсь наружу.
Но стоит лишь выскочить из шатра, как на меня обрушивается рев тысячи глоток.
Кажется, празднество началось…
***
Бегать новоиспеченному божеству не солидно, но мне и не нужно этого делать. Темные плети осторожно подхватывают меня, поднимают над землей, и я оказываюсь сидящей на подобии лошадиного силуэта.
Только это не совсем конь: на лбу лошадки искрится витой рог, а по бокам распластались крылья, чьи концы отливают темным металлом. Форма скакуна постоянно меняется, длинная грива роняет сгустки тьмы, контуры то и дело расплываются, а глаза напоминают две жуткие черные дыры, в которых полыхает адский огонь. Но главное, эта лошадка бодро припускает в нужном направлении.
