Но здесь ее драконья сущность не поможет.
Нари раскрыла ладонь, поднесла ее к глазам. Она хотела разглядеть в тусклом ночном свете хотя бы одну крошечную сверкающую песчинку на своей коже. Но порез затянулся, а пыльца фей погасла.
«Я замужем!» – мысленно кричала она. Вот только доказать это невозможно.
Отступать некуда. Жизнь любимых зависит от ее решимости.
Арен полоснул по руке.
– Говори! – приказал он сурово.
– Я… – Нари осеклась – в горле запершило, ужасно захотелось пить.
– Говори!
– Я принадлежу… Арену… целиком и полностью… Вверяю ему свою жизнь… – она сглотнула, слова увязали на языке.
– Останусь рядом, пока смерть не разлучит нас…
– Смерть не разлучит, – сказал он так, словно и правда считал себя бессмертным. – Хорошая девочка.
Он протянул ей кинжал рукоятью вперед, а когда она приняла его, крепко обхватил запястье, контролируя движения:
– Режь!
Но скорее он сам нанес себе порез рукой Нари.
– Вот так! Беру эту деву… Деву! Проклятие! – Он сплюнул на пол и начал заново: – Беру эту деву под свое крыло, чтобы оберегать и защищать, дарить кров, растить детей, пока смерть не разлучит нас.
Арен схватил ее ладонь, поднес к осколку алтаря, и горячие капли крови, смешиваясь, пролились на серый камень. Нари все это время едва дышала, все надеясь на что-то. Вдруг магические силы воспротивятся повторному браку? Камень расколется, не принимая жертву. Или вспыхнут искры на ладони. Но ничего не произошло. Совсем ничего.
Король сухо поздравил с тем, что обряд состоялся.
– Придется позже повторить для всех, но с этого момента вы муж и жена.
Нари ждала, что Арен потребует поцелуя, но он, хотя и разглядывал пристально ее губы и лицо, почему-то промолчал.
– Не слишком ли горячая вода, госпожа?
Служанка поливала Нари из кувшина. Вода была теплой и ароматно пахла. Но это казалось неважным.
Наготове стояли другие девушки. Среди них Нари заметила Дорху. Та держала полотенце на вытянутых руках, а в лицо леди Ньорд старалась не смотреть.
Пожилая гоблинка, что сейчас мыла Нари, намыливала ее деликатно и осторожно, стараясь не причинять неудобств. Она чуть слышно бормотала, точно обращалась к маленькой девочке:
– Вот так, будем чистенькие, хорошенькие… Личико-то какое бледное… Ничего, первая ночь всегда пугает, а потом-то станет сладко…
Нари дернулась, расплескивая воду. Вспомнила, где находится. Арен привел ее в покои и отдал в руки служанкам, приказав подготовить невесту к первой ночи.
