В ответ он дарил мне самые волнующие оргазмы, о которых только может мечтать любая женщина.
Мы первобытны. Мы грубые. И мы — идеальный пример совместимой пары во время секса.
Кирилл сжимает мое бедро, выходит почти полностью, а потом снова входит. Он попадает в мою чувствительную точку снова и снова, пока мои стоны не раздаются эхом вокруг нас.
— Вот так, solnyshko, — прохрипел он мне в рот. — Покажи мне, как сильно ты хочешь мой член.
Я смотрю на него, даже когда двигаю бедрами и чувствую его вкус на своем языке.
Почему это должен быть именно он? Почему из всех мужчин на этой планете я должна быть связана с самым чудовищным из всех?
Почему он не может быть нормальным?
Наверное, потому что ты сама ненормальная, Саша.
— Ты ненавидишь это, не так ли? — он высовывает язык и облизывает кончик моего носа, затем верхнюю губу. — Ты ненавидишь то, как сильно ты хочешь меня, и то, что ты не можешь остановить это. Ты ненавидишь, что твое тело подчиняется мне, несмотря на все твои усилия. Именно поэтому ты отталкивала меня все это время, не так ли? Ты пыталась не поддаваться этому плотскому желанию, но вот в чем дело.
Ты никогда не сможешь убежать от меня, жена.
— З-заткнись, — простонала я. Черт возьми.
— Я был терпеливым, Саша, а ты знаешь, что терпение — не самая сильная моя черта. Я готов быть настолько терпеливым, насколько ты захочешь, если это означает, что ты вернешься ко мне, но я больше никогда не стану слушать о том, что ты уходишь от меня.
Его толчки становятся все более дикими и глубокими, пока все мое тело не становится истерзанным и податливым.
Пока каждый дюйм меня не истекает кровью прямо перед ним.
Это только физически, — заставляю я себя думать, пока кончаю с беззвучным криком. Затем я опускаю голову ему на плечо и кусаю пространство между его шеей и ключицей.
Меня не волнует, что оно покрыто засохшей кровью. На самом деле, я кусаю сильнее, просто чтобы убедиться, что он здесь, со мной, а не где-то там, раненый.
Это всего лишь гребаная физическая близость.
Ничего большего быть не может.
Кирилл с дикой энергией переходит на более быстрый темп. Мои ягодицы ударяются о перила при каждом толчке.
Я продолжаю кусать его, причиняя как можно больше боли. Он стонет, а затем кусает и мое горло.
И тут же он кончает глубоко внутри меня. Он выходит и отпускает мое бедро лишь для того, чтобы небрежно помассировать мой клитор своей спермой, после чего он толчком возвращает ее обратно в мою киску.
