Я не смогла позаботиться о нем в первом триместре, так что теперь сделаю это должным образом.
У меня на животе начинает появляться выпуклость, и Кирилл определенно скоро заметит это, учитывая все то количество секса, к которому он относится как к религии. Проблема в том, что я не уверена, как, черт возьми, поговорить с ним об этом.
Я не могу сказать ему, пока не пойму что делать со всей этой ситуацией, а именно с моей семьей.
Мои ноги останавливаются у подножия нескольких ступенек.
Что за…?
Мне приходится моргнуть, чтобы убедиться что сцена передо мной реальна, а не галлюцинация.
В углу комнаты, где Антон обычно медитирует на кровати, происходит нечто совершенно иное.
Мой брат и мой друг спят, обняв друг друга за талию и соприкоснувшись лбами.
И они голые.
Или, по крайней мере, их верхние половины и ноги, что выглядывают из под одеяла. Я рада, что на их интимные места наброшена простыня.
Я должно быть издала какой-то звук, потому что Макс вскакивает одним быстрым движением.
Антон следует сразу за ним, а я поворачиваю голову вовремя, чтобы не видеть их полностью обнаженными.
«Блять» и «Дерьмо» эхом отдаются позади меня, сопровождаемые стонами и возней с одеждой. Я захлопываю глаза, хотя уже отвернулась. Я не хочу становиться случайным свидетелем их наготы и травмировать себя на всю жизнь.
— Что ты здесь делаешь? — спрашивает Макс с ноткой разочарования. — Босс не сказал мне, что ты придешь.
Это то, чем раньше занимался Кирилл? Сообщал ему о наших визитах?
— Может быть, он забыл.
Кроме того, Виктор — тот, кто привел меня сюда.
Чья-то рука касается моей руки, и я медленно открываю глаза.
— Вы, ребята, одеты?
— Да, — говорят оба одновременно, Антон звучит более расстроенным, чем Макс.
Последний — тот, кто коснулся моей руки. Он потирает затылок, впервые за все время, выглядя взволнованным. На мгновение он, кажется, теряет дар речи, прежде чем указывает на вход большим пальцем.
— Я просто собираюсь поговорить с Виктором.
Он бросает мимолетный взгляд на Антона, который на мгновение оборачивается, прежде чем мой друг уходит, и я слышу как за ним закрывается дверь.
Мой брат сидит на кровать, с опущенной головой и напряженными плечами. Я медленно подхожу к нему, затем сажусь рядом с ним.
— Есть что-то, что мне нужно знать?
— Если я скажу «нет», ты оставишь меня в покое?
— Наверное, нет.
Он стонет и запускает пальцы в волосы.
